«Российские аптеки», 2010, N 22

СВОБОДА «ОТ» ИЛИ СВОБОДА «ДЛЯ»?

В рассуждениях о том, как отмена лицензирования улучшит жизнь субъектов и объектов фармрынка, встает другой вопрос — может быть, эта мера, напротив, все усложнит? Ведь любые общественные трансформации всегда выгодны лишь части общества, в то время как другая его часть отлучается от привычных ресурсов или принудительно перемещается в новую реальность, причем с серьезными материальными и моральными последствиями.

Пока профессионалы не имеют внятного ответа на вопрос: «ЗАЧЕМ отменять лицензирование медицинской и фармацевтической деятельности?». И речь отнюдь не о собственной выгоде. Если бы Минздравсоцразвития России вначале разъяснил профессиональному сообществу, почему отменяется лицензирование и что придет ему на смену, возможно, субъекты фармацевтической деятельности поддержали бы это нововведение. А пока можно предположить, что Минздравсоцразвития представил достаточную мотивацию лишь Государственной думе РФ, которая 9 октября этого года приняла в первом чтении правительственный законопроект, отменяющий лицензирование сразу 17 видов деятельности, в т.ч. медицинской и фармацевтической. Нет сомнений, что данный законопроект будет принят и во втором и в третьем чтении. Депутаты считают, что отмена лицензирования означает для субъектов фармрынка СВОБОДУ от «административных барьеров для развития предпринимательства и уменьшение денежных и временных издержек предпринимателей на получение лицензий». Вместо лицензирования вводится уведомительный порядок начала предпринимательской деятельности. Причем на сегодняшний день он подразумевает предоставление всего лишь трех документов: заявления о начале деятельности, свидетельства ЕГРЮЛ и свидетельства о постановке на учет в налоговом органе.

НУЖНА ЛИ ТАКАЯ СВОБОДА?

Еще свежи воспоминания, как летом 2009 г. торговые сети вдруг возымели желание приблизить лекарственную помощь населению путем продажи «ходовых» ЛС в неспециализированных торговых объектах. В тот период их активно поддерживал Минпромторг. Сейчас «Почта России» объявила о старте нового проекта — реализации лекарств в своих отделениях, причем «пилотный» проект они собрались отрабатывать в Москве, где аптечная помощь населению осуществляется 5300 аптечными организациями. Да и Минздравсоцразвития тоже неожиданно резко сократил минимальный перечень ЛС для аптечных организаций и в своем пресс-релизе вспомнил о важном пункте приказа, который определяет, что «если гражданин обратился в аптеку с рецептом, а такого лекарства нет, то в течение 5 дней препарат должен быть в нее доставлен» <>.

<> Из сообщения Д.О.Михайловой на сайте МЗСР 13.10.2010.

Разрешили продажу лекарственных препаратов через ЛПУ и их филиалы (ФАПы). Правда, в тех населенных пунктах, где нет аптек. Пока. В итоге при отмене лицензирования все эти инициативы по «повышению доступности» лекарств для населения составят достойную конкуренцию аптекам, ведь очевидно, что все конкуренты себе возьмут только самый ходовой ассортимент. В тоже время ясно и то, что лучше от инициативы Правительства по отмене лицензирования и свободы от административного давления и «антикоррупционной направленности» аптекам не станет. Однако Минздравсоцразвития России поясняет, что мера по отмене лицензирования обусловлена наличием иных методов регулирования: аккредитации, аттестации специалистов, контроля и надзора за деятельностью субъектов обращения ЛС и декларирования соответствия продукции. Мы уже было подумали, что Минздравсоцразвития решило создать институт самоуправления медицинской и фармацевтической деятельностью. Действительно, ни один лицензирующий орган не оценит лучше профессионального сообщества пригодность специалистов и объектов к выполнению медицинской и фармацевтической деятельности. Медики даже начали поговаривать об обязательном членстве в Национальной медицинской палате России, чтобы быть допущенными к профессии. Началась определенная суета и на фармрынке. Аптечные сети, входящие в одну из ассоциаций, начали спешно вступать в это некоммерческое партнерство всеми своими юридическими лицами для создания необходимой численности и регистрации саморегулируемой организации (СРО), очень надеясь получить благословение Минздравсоцразвития на аккредитацию всех участников аптечного ритейла. Мы решили не торопить естественный процесс консолидации аптечного сообщества, т.к. считаем, что создание СРО возможно только на добровольной основе при условии охвата репрезентативного большинства участников фармацевтического розничного рынка и пока изучаем последние законодательные инициативы Минздравсоцразвития России, регулирующие отрасль.

ИЗУЧАЯ ПОСЛЕДНИЕ ИНИЦИАТИВЫ

Итак, вернемся к иным методам регулирования, предложенным Минздравсоцразвития России. В Законе «Об обращении ЛС» к полномочиям федеральных органов исполнительной власти при обращении ЛС отнесены: — осуществление государственного контроля и надзора; — аттестация и сертификация специалистов; — применение мер ответственности за нарушение законодательства РФ. Сейчас Минздравсоцразвития России готовит и уже представил общественности еще один важный проект закона — «Об основах охраны здоровья граждан РФ». В нем уточнены формы контроля качества и безопасности медицинской деятельности. Поскольку медицинские и фармацевтические работники в данном проекте уравнены в обязанностях и правах, осмелимся предположить, что эти же формы контроля (государственный, ведомственный и внутренний) будут применяться и при оценке фармацевтической деятельности. Далее проект Закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ» гласит, что государственный контроль осуществляется уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (т.е. Минздравсоцразвития России). При этом должностные лица уполномоченного федерального органа исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России — Е.Н.), осуществляющие государственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности, имеют право: — проверять в установленном Правительством РФ порядке соблюдение законодательства РФ об охране здоровья граждан, нормативных актов Правительства РФ и нормативных актов федерального органа исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России — Е.Н.), осуществляющего нормативно-правовое регулирование в сфере охраны здоровья граждан; — предъявлять виновным лицам требования и выдавать предписания об устранении выявленных нарушений, — предъявлять в пределах своей компетенции иски в суд, арбитражный суд; — привлекать к административной ответственности лиц, совершивших административные правонарушения в сфере охраны здоровья граждан. Правда, справедливости ради следует отметить, что в проекте оговорено, что к осуществлению государственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности федеральный орган исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России — Е.Н.) может привлекать общественные объединения медицинских и фармацевтических работников, а также общественные объединения по защите прав граждан в сфере охраны здоровья граждан. Попробуем разобраться, что же собой представляет ведомственный контроль. Приведу 2 выдержки из рассматриваемого проекта закона: А) «ведомственный контроль качества и безопасности медицинской деятельности осуществляется федеральными органами исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России, Росздравнадзор, Роспотребнадзор — Е.Н.) и органами исполнительной власти субъектов РФ в части подведомственных им органов и организаций государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, а также физическими и юридическими лицами в части органов и организаций государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, учредителями которых они являются»; Б) «Ведомственный контроль проводится с целью оценки состояния управления качеством и безопасности медицинской деятельности, в т.ч. посредством проверки организации внутреннего контроля качества и безопасности медицинской деятельности. Правила осуществления ведомственного контроля качества и безопасности медицинской деятельности устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России — Е.Н.)». Таким образом, получается, что в регионах кроме Минздравсоцразвития России и подведомственных ему федеральных контролирующих органов контроль могут осуществлять местные органы самоуправления (региональные органы управления здравоохранением) и собственники ГУПов, МУПов. Кроме того, собственники/учредители частных медицинских/фармацевтических организаций также могут осуществлять контроль своей собственности, но только по правилам, установленным Минздравсоцразвития России. Из заявленного ясно, что ведомственный контроль саморегулируемые профессиональные организации осуществлять не могут. Но, может быть, Минздравсоцразвития России дал им права при проведении внутреннего контроля?.. Однако и в проекте Закона «Об основах охраны здоровья граждан РФ» роль «первой скрипки» у Минздравсоцразвития России: «требования к органам и организациям государственной, муниципальной и частной систем здравоохранения, осуществляющим организацию внутреннего контроля качества и безопасности медицинской и фармацевтической деятельности, устанавливаются уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России — Е.Н.)». Похоже, что и здесь саморегулирование не предусмотрено.

САМОРЕГУЛИРОВАНИЕ: СОГЛАСНО БУКВЕ ЗАКОНА…

А вообще, есть ли в проекте закона что-либо про профессиональные некоммерческие организации, которым Минздравсоцразвития России готов передать некие полномочия и дать возможность саморегулирования своих членов? Да, есть, и им посвящена целая статья — «Статья 71. Профессиональные медицинские и фармацевтические общественные объединения». Она гласит следующее: 1. Медицинские и фармацевтические работники имеют право на создание общественных объединений, формируемых на добровольной основе для защиты прав медицинских и фармацевтических работников, развития медицинской и фармацевтической практики, содействия научным исследованиям, решения иных вопросов, связанных с профессиональной деятельностью медицинских и фармацевтических работников. 2. Профессиональные медицинские и фармацевтические общественные объединения, аккредитованные уполномоченным федеральным органом исполнительной власти (читай Минздравсоцразвития России), в порядке, установленном Правительством РФ, принимают участие в: — разработке норм этики в сфере охраны здоровья граждан и решении вопросов, связанных с нарушением этих норм; — разработке порядка оказания медицинской помощи и стандартов медицинской помощи, федеральных программ подготовки и повышения квалификации медицинских и фармацевтических работников, в аттестации медицинских и фармацевтических работников для получения ими квалификационных категорий; — соглашениях по тарифам на медицинские услуги в системе обязательного медицинского страхования и деятельности фондов обязательного медицинского страхования. И несмотря на то, что проект закона устанавливает следующее положение — «управление деятельностью в сфере охраны здоровья граждан осуществляется на основе сочетания государственного регулирования и самоуправления (курсив мой — Е.Н.)», разделение полномочий дает четкую картину того, что готово отдать наше ведомственное министерство профессиональным организациям. Об этом лучше всего свидетельствуют следующие фрагменты из законопроекта: А) «государственное регулирование осуществляется органами государственной власти РФ и органами государственной власти субъектов РФ и включает издание нормативных правовых актов, в том числе устанавливающих обязательные требования (курсив мой — Е.Н.) к деятельности в сфере охраны здоровья граждан, а также осуществление мониторинга безопасности и контроля за обеспечением выполнения нормативных правовых актов в сфере охраны здоровья граждан»; Б) «Самоуправление осуществляется посредством самостоятельного выбора (курсив мой — Е.Н.) органами и организациями государственной, муниципальной и частной системы здравоохранения способа обеспечения обязательных требований (курсив мой — Е.Н.) к медицинской и фармацевтической деятельности, а также организации применения нормативных правовых актов в сфере охраны здоровья граждан». Само понятие «самоуправление» и профессиональные общественные организации нивелировано в подготовленном Минздравсоцразвития России проекте закона обязательной аккредитацией общественных профессиональных организаций. А для «пущей» важности еще и в порядке, установленном Правительством РФ! В таком контексте невольно напрашивается вопрос: «К чему стадам дары свободы? Их должно резать или стричь!» Из существа подготовленных Минздравсоцразвития России документов видна тоталитарная роль федерального органа исполнительной власти. И отмена лицензирования деятельности — это не что иное, как усиление регулирования. Вариантов очень много. Во-первых, «уведомительный порядок» может быть многократно усилен дополнительными документами, которые должен представить заявитель для внесения в Реестр, который, к слову, уполномочен будет вести Минздравсоцразвития России. Перечень документов, возможно, даже превзойдет тот, который сегодня предоставляет лицензиат в лицензирующий орган. Во-вторых, проверки: мало того, что Минздравсоцразвития России должен осуществлять государственный контроль, так еще и разработать правила и обеспечить проведение ведомственного контроля, определить требования к организациям, проводящим внутренний контроль, опять же возникает необходимость и контролировать этот внутренний контроль. В общем, тут без дополнительной численности Минздравсоцразвития России не обойтись, придется расширяться, может быть, даже «вертикаль» власти в регионах восстановить… Но мы сейчас не об этом. Отмена лицензирования… Любое профессиональное общество должно чем-то и кем-то регулироваться. Хотя бы на корпоративном уровне. Может быть все приведенные здесь инициативы Минздравсоцразвития России — это своеобразный ответ на обнаруженный ею дефицит возможности саморегулирования? Ответом может стать только сознательная консолидация профессионального сообщества, в нашем случае аптечного. Пока есть выбор.

Исполнительный директор
НП «Аптечная гильдия»
Е.НЕВОЛИНА
Подписано в печать
30.11.2010