Суд отказал Центру лекобеспечения Минздрава России во взыскании 165,2 млн рублей с «Нанолека»

Арбитражный суд Москвы отказал Центру лекобеспечения во взыскании с компании «Нанолек» неустойки. Спор возник из-за пункта госконтракта, который обязывает исполнителя уведомлять заказчика о договорах с соисполнителями или субподрядчиками. Суд указал, что эти понятия не характерны для заключенного между сторонами договора поставки.

Арбитражный суд Москвы отказал ФКУ «Федеральный центр планирования и организации лекарственного обеспечения граждан» (ФЦПиЛО) Минздрава России во взыскании с компании «Нанолек» неустойки в 165,25 млн руб. Спор возник из-за пункта госконтракта, обязывающего поставщика раскрывать информацию о соисполнителях или субподрядчиках. Третьим лицом по делу выступила Счетная палата России. Решение опубликовано в системе «Мой арбитр» и не вступило в законную силу.

Суть спора

В июне 2024 года ФЦПиЛО и «Нанолек» заключили госконтракт на поставку интерферона бета-1b — лиофилизата для приготовления раствора для подкожного введения в дозировках 9,6 млн МЕ и 8 млн МЕ/0,5 мл. Препарат необходимо было поставить не позднее 1 ноября 2024 года.

Если начальная (максимальная) цена контракта превышает порог, установленный правительством РФ, в контракт должна быть включена обязанность поставщика предоставлять информацию о всех соисполнителях и субподрядчиках, чьи договоры с поставщиком превышают 10% цены контракта, согласно ч.23 ст.34 Федерального закона № 44-ФЗ о контрактной системе. Данная норма применяется ко всем типам госконтрактов, поэтому заказчики включают соответствующий пункт в контракт автоматически, следуя букве закона. Был он и в договоре с «Нанолеком». За нарушение этого требования была предусмотрена неустойка.

В исковом заявлении ФЦПиЛО требовал взыскать с «Нанолека» более 165 млн руб. Основанием для иска стало представление Счетной палаты, которая указала на непредоставление производителем сведений о его договорах с АО «Генериум» и АО «Фармстандарт».

Аргументы стороны

И Счетная палата, не заявлявшая самостоятельных требований, и истец исходили из того, что договоры «Нанолека» с «Генериумом» и «Фармстандартом» являлись договорами субподряда. Ответчик возражал: соглашения с «Генериумом» от 22 января 2024 года и «Фармстандартом» от 28 декабря 2022 года являлись рамочными договорами поставки, а не договорами субподряда. К тому же оба соглашения были заключены задолго до госконтракта с ФЦПиЛО в рамках обычной хозяйственной деятельности. По их условиям «Генериум» и «Фармстандарт» выступали поставщиками товара для «Нанолека».

Компания также указывала, что:

• препарат, поставленный заказчику, находился в ее собственности;
• отгрузку по государственному контракту осуществлял непосредственно «Нанолек»;
• сведения о производителях были раскрыты в заявке на участие в закупке и содержались в регистрационных удостоверениях на препараты;
• информация о производителях также была включена в технические характеристики госконтракта.

Что решил суд

Суд полностью отказал в удовлетворении исковых требований. Он указал, что приобретение товара у производителя или официального дистрибьютора по договору поставки является обычной коммерческой операцией и не означает передачи части исполнения госконтракта третьему лицу. «Генериум» и «Фармстандарт» не принимали на себя обязательств перед ФЦПиЛО.

«Указанные лица, у которых ответчик приобрел продукцию для ее последующей передачи заказчику, выступают в роли обычных контрагентов (продавцов) в цепочке товарооборота. Из материалов дела не следует, что АО «Генериум» и АО «Фармстандарт» принимали на себя те или иные обязательства по спорному контракту перед заказчиком», — констатировал суд.

Арбитражный суд Москвы также отметил, что требование о раскрытии информации о соисполнителях и субподрядчиках направлено на контроль крупных контрактов, в которых третьи лица непосредственно выполняют часть работ или услуг для достижения результата контракта. Механическое распространение этого требования на обычные договоры поставки, по мнению судебной инстанции, не соответствует природе таких отношений.

«Понятия «соисполнитель» и «субподрядчик» не характерны для договора поставки. Указанная терминология применяется в подряде и возмездном оказании услуг», — говорится в решении от 18 сентября, которое не вступило в силу.