Почему несмотря на политику импортозамещения Россия сотрудничает с иностранными фармкомпаниями

С 2022 года в России активно ведется политика импортозамещения. Фармрынок вступил в этап трансформации, когда оценивать эффективность данной политики через показатели локализации уже недостаточно. Гораздо важнее понять, насколько сформировавшаяся структура рынка позволяет одновременно обеспечивать лекарственную безопасность страны, поддерживать развитие отечественного производства и сохранять доступ пациентов к современным методам лечения.

Исследование российского фармацевтического рынка, подготовленное Санкт-Петербургским государственным химико-фармацевтическим университетом (СПХФУ) совместно с Аналитическим центром при Правительстве РФ, позволяет сделать важный вывод о том, что импортозамещение в фармацевтике развивается как дифференцированный процесс, в рамках которого рост локального производства не вытесняет инновационную терапию, а формирует модель присутствия отечественных и международных лекарств.

Согласно результатам проведенного исследования, доля отечественных препаратов по итогам 2025 года достигла 64,6% в натуральном выражении и 45,9% — в денежном. Фактически речь идет о достижении показателей, близких к тем ориентирам, которые на протяжении многих лет задавались государственными программами развития отрасли. Однако сами по себе эти цифры представляют лишь часть картины. Если посмотреть на структуру рынка более внимательно, можно заметить, что динамика импортозамещения существенно различается в зависимости от терапевтического сегмента и уровня технологической сложности продукции.

Первый и наиболее очевидный тренд связан с массовыми сегментами лекарственного обеспечения. Именно здесь российские производители смогли наиболее полно реализовать свой потенциал. За период с 2020 по 2025 год объем импортных препаратов в ценовой категории до 100 рублей сократился практически втрое — с 297,8 млн до 94,7 млн упаковок. Это свидетельствует о том, что отечественная фармпромышленность не только сформировала необходимые производственные мощности, но и успешно конкурирует с зарубежными поставщиками в сегменте воспроизведенных лекарственных средств.

Таким образом, сокращение присутствия иностранных компаний в массовых сегментах носит исключительно рыночный характер. Речь идет о результатах конкуренции, в которой российские производители смогли предложить качественную и доступную альтернативу.

Но при этом в сегменте инновационной терапии международные фармкомпании по-прежнему играют ключевую роль в обеспечении пациентов передовыми препаратами. Это особенно заметно в тех направлениях, где разработка новых молекул требует многолетних исследований, масштабных инвестиций и сложнейших технологических платформ.

Так, в 2025 году доля международных производителей, включая локализованные проекты, составляла 74,2% в стоимостном выражении на рынке онкологических препаратов, 60,7% — в сегменте лечения сахарного диабета, 60,8% — на рынке иммунодепрессантов и 62,7% — в сегменте биологических препаратов.

Большинство инновационных разработок в области онкологии, иммунологии, редких заболеваний и биотехнологий создаются в рамках глобальных исследовательских программ, реализация которых требует десятилетий работы и многомиллиардных вложений. Поэтому сохранение значительной доли международных производителей отражает не слабость локального производства, а объективную структуру современного рынка инновационной терапии.

В госсегменте сейчас семь из десяти крупнейших поставщиков лекарств для госнужд представлены международными компаниями. На их долю приходится 78% стоимостного объема закупок среди топ-10 поставщиков. Эта тенденция отражает специфику госпрограмм лекарственного обеспечения, которые ориентированы прежде всего на пациентов с хроническими и жизнеугрожающими заболеваниями, где сохраняется наиболее высокая концентрация инновационных препаратов, многие из которых пока не имеют полноценных альтернатив.

Отдельного внимания заслуживает изменение структуры самого импорта. За период с 2020 по 2025 год средняя стоимость импортной упаковки увеличилась на 130,8%. Важно понимать, что речь идет не только о ценовой инфляции как таковой, — показатель отражает изменение ассортимента в пользу более сложных и дорогостоящих препаратов, которые продолжают поступать на российский рынок и использоваться в клинической практике.

Именно поэтому сегодня представляется принципиально важным отказаться от упрощенного восприятия импортозамещения как процесса последовательного сокращения препаратов иностранных производителей. Подобная логика могла быть актуальна на ранних этапах формирования отрасли, однако текущий уровень развития рынка требует более сложного подхода.

Фактически мы наблюдаем формирование новой модели российского фармацевтического рынка. В рамках этой модели отечественные компании обеспечивают устойчивость системы здравоохранения в массовых сегментах, одновременно расширяя присутствие в более технологически сложных направлениях. Международные компании, в свою очередь, сохраняют значимую роль в снабжении пациентов инновационной терапией и доступом к передовым достижениям мировой науки, гарантируя тем самым лекарственную безопасность. Формируется баланс, необходимый для бесперебойного обеспечения пациентов лекарствами.

Рост локального производства и сохранение доступа к международным инновациям не противоречат друг другу, а являются взаимодополняющими элементами развития отрасли.