В области инновационной фармацевтики ожидания пессимистичные, и отставание будет нарастать, считает эксперт по инвестициям, управляющий партнер RMI Partners Максим Горбачев.
«Необходимо вовлечение бизнеса в разработку инновационных препаратов. По данным РВК, венчурные инвестиции в медицину за прошлый год составили 9 миллионов долларов. В Северной Америке и Западной Европе инвестиции больше в тысячу раз!» — заявил он, выступая на круглом столе «Медицина будущего: наука и технологии» в Общественной палате.
«Многие задаются вопросом: можем ли мы догнать Южную Корею. По объему фармацевтического рынка мы сопоставимы — это 1,5-2% мирового рынка. При этом мы видим, что государство в Корее инвестирует пенсионные накопления в инновационные технологии и дает в управление профессионалам. У нас это не происходит, и это один из вопросов, который мы можем поставить перед исполнительной властью», — считает г-н Горбачев.
По его мнению, важно внедрять именно ранние методы диагностики, в том числе стимулирование венчурных разработок в этой области. Инновационные препараты, которые предлагают большие иностранные фармкомпании, отличаются высокой стоимостью и становятся труднодоступными не только для российских потребителей, но и для западных. Поэтому возможные инвестиции не в методы лечения, а в методы диагностики должны быть более эффективными в долгосрочном плане.
Руководитель научно-технического департамента управляющей компании «РОСНАНО» Анна Баландина рассказала, что наиболее перспективные фармацевтические ниши — биофармацевтика и иммунотерапия. По ее словам, на Западе в последние десятилетия происходят революционные перевороты в подходах к фармацевтике. Например, появляются такие удивительные технологии, как редактирование генома.
«Но если говорить о направлениях, которые одобрены в клинической практике, — это прежде всего иммуноонкология. То есть стимулирование иммунной системы пациента на борьбу с опухолью. Одним из таких подходов является кардиоклеточная терапия. Первые два подобных препарата могут быть одобрены в 2018 году», — рассказала г-жа Баландина.
Она уверена, что развитие крайне дорогостоящей клеточной терапии возможно в нашей стране только при поддержке государства.
«Реальный ориентир по продолжительности жизни сегодня составляет 120 лет. Для этого нужно бороться с заболеваниями, которые ранее считались неизлечимыми: рак, нейродегенеративные заболевания с одной стороны, а с другой — распространение массовых заболеваний. Также очень важный вопрос — преодоление старения», — заявил руководитель исследовательской группы экспертного клуба «Сумма технологий» Дмитрий Лисицын.
«Достижение таких целей требует смещения фокуса с лечения болезни на конкретного человека: нужно не лечить ее, а находить на том этапе, когда она еще дисфункция, — пояснил г-н Лисицын. — То есть медицина становится превентивной».
Отсюда проистекают ее важнейшие характеристики: безусловный запрос на дистанционность, безусловный запрос на персонализацию, приоритет профилактики и фокус на диагностику, перечислил эксперт.
«Как осуществить эту амбициозную задачу? Здесь есть ряд решений, и одно из них — ядерная медицина. Однако в связи с этим возникает проблема: поскольку данные инновационные методы являются дорогостоящими, есть риск, что медицина может расслоиться на медицину для богатых и бедных. Но нужно понимать, что ставка на инновационную медицину со временем приведет к тому, что эти технологии станут массовыми как минимум потому, что это выгодно представителям медицинского бизнеса», — подчеркнул Дмитрий Лисицын.
На фото: Максим Горбачев.
