Российские врачи справляются с лечением сибирской язвы, вспышка которой произошла на Ямале в июле. Как рассказал на пресс-конференции заместитель директора Центрального НИИ эпидемиологии Роспотребнадзора, академик РАМН Виктор Малеев, сибирская язва лечится антибиотиками и они есть в наличии. Правда, есть риск развития резистентности.
Тем не менее не всегда ясно, какое именно лекарство назначать, так как это редкая инфекция. Например, по его словам, был случай неудачного назначения препарата при сибирской язве. Кроме того, от сибирской язвы есть действенная вакцина, но здесь другой вопрос – прививают ли ею животных.
Как правило, животных прививают во время эпидемии и долгое время после нее, однако государственной программы постоянной вакцинации нет. На Ямале последний раз вспышка сибирской язвы была в 1941 г. Так что вряд ли в последнее время вакцинация была массовой.
Сейчас пока неизвестны причины эпидемии. Ученые склоняются к тому, что этому могло послужить глобальное изменение климата. Из-за аномально теплого лета на Ямале возможно оттаяло место захоронения больных животных.
«Я посмотрел литературу и не нашел, когда и где могильники возникали, – говорит заместитель директора Института мерзлотоведения Михаил Григорьев. – Однако это надо исследовать. Представляете тундра, кто-то закапывает мертвое животное, он будет в мерзлоте капать яму 4-5 метров. Наверняка это была небольшая яма, присыпанная землей, мхом, вполне возможно такие вещи привели к тому, что болезнь вырвалась на свободу, поразив сначала животных, потом людей».
По словам заместителя директора по научной работе Института биологических проблем криолитозоны СО РАН Бориса Кершенгольца, не вызывает сомнения, что процесс глобального изменения климата привел к серьезному потеплению, особенно в высокоширотных районах России. Например, для шестидесятых широт на территории Якутии среднегодовые температуры увеличиваются в последние полвека на 0,06-0,1% в год, особенно зимние температуры. Изменение климата уже сейчас влияют на условия жизнедеятельности не только людей, но и бактериальных и вирусных штаммов, особенно в северной экосистеме.
Существуют три пути влияния изменения климата на инфекционную ситуацию арктических регионов. Расширение ареалов носителей инфекционных возбудителей, например, клещей.
«Благодаря улучшению условий их зимовки, повышение зимних температур приводит к повышению температур снежного покрова. Клещ, который переносит не только энцефалит, но и боррелиоз и другие инфекции, уже проник на юг Якутии и буквально с каждым годом этот ареал продвигается к северо-востоку Якутии», – говорит Борис Кершенгольц.
Второй путь – высокая вероятность возвращения в наши современные экосистемы возбудителей особо опасных инфекций 18-19 веков вследствие оттаивания многолетних мерзлых грунтов в местах захоронений не только людей, но и животных.
Например, в конце 19 века в районах низовьев Колымы была вспышка натуральной оспы. Погибших хоронили в верхних слоях многолетних мерзлых грунтов на берегу Колымы. И через 100 лет из-за паводков Колымы погребения стали размываться.
Третий путь – вероятность выноса на поверхность палеовозбудителей особо опасных инфекций прошлых тысячелетий вследствие оттаивания останков мамонтов.
«Результаты микробиологического исследования двух образцов мамонтов выявили, несмотря на возраст – 20 тыс. лет, живые аэробные грамположительные неспоровые бактериальные культуры. При этом окружающая среда очень изменилась и как поведут себя эти клетки в современных условиях, никто не знает», – рассказал ученый.
