Врач — о размножающихся роженицах с ВИЧ

Тогда слово СПИД пугало своей непонятностью и неизвестностью, произносилось с придыханием и круглыми от ужаса глазами. Редко появляющиеся беременные с этим страшным диагнозом поселялись навечно (на время пребывания в роддоме) в мельцеровский бокс. Персонал практически облачался в противочумный костюм, заходя к ней. А уж акушерка, которой выпадало несчастье принимать роды, одевалась и провожалась всем отделением как на Голгофу, под сочувствующие взгляды и тайные мысли  «Слава Богу, на сей раз пронесло!» остальных.

Немного статистики…

Год 2010. Беременных с Вич – 24

2013 – 39

2016 – 65

2017 – 79

I квартал 2018 – 20

май 2018 – 14 …

Регламентирующие документы по работе с ВИЧ-инфицированными беременными, которые раньше пылились на полках, сейчас как настольная книга у каждого на столе. Отполированы, зачитаны до дыр и выучены наизусть. Подними акушера среди ночи и спроси расчет дозы ретровира на вес женщины — ответит, не задумываясь. Практически ежедневное утро старшей акушерки послеродового отделения начинается со звонка в СПИД-центр с докладом о поступивших с ВИЧ. Раньше в специальной папочке в столе акушерки приемного покоя раз в квартал появлялся список из СПИД-центра с фамилиями ВИЧ-инфицированных и предполагаемой датой родов (естественно без указания заболевания). Просто все сотрудники знали, что это за список. Теперь он исчез. Формата листа А4 не хватает.

Немного примеров.

Больная А, 26 лет. Вторые роды…ВИЧ-положительна с 2015. Заразил бывший муж-наркоман. А она заразила нового мужа. И забеременела. В ж/к на учет не вставала (некогда). В СПИД-центр тоже не пошла. С первым ребенком получала АРТ (ребенок здоров). А с этим решила не лечиться (Я же уже пролечилась с первым!). На вопрос «Ты понимаешь, что могла заразить ребенка?!», ответила «Поди пронесет!» Не пронесло. У ребенка ПЦР +…

Больная Н. 30 лет, иньекционная наркоманка в прошлом. Сейчас «Не-не, с тяжелыми завязала, так, по-легкому, на спайсе». Роды 2, первый ребенок в д/доме (лишили род. прав). Вес 48 кг при росте 165. В оак гемоглобин 60 г/л. Честно призналась, что у нее ВИЧ. На учете тоже нигде не состояла. Почему? Денег нет, на автобусе ездить в город (живет с сожителем на какой-то даче). Поступила в активной фазе родов. От операции кесарева сечения письменный отказ. (Акушеры чуть ее не расцеловали от счастья) В род.зале ни акушерки, ни медсестры-анестезистки не могли поставить периф.катетер в истерзанные вены. Прикинув перспективу получить гипотоническое кровотечение на HB 60 и пойти на ручное обследование полости матки, собрались вызывать анрема для проведения катетеризации подключички. Забрала катетер с ухмылкой «Дилетанты!» слету воткнулась в обратку (Чуть не расцеловали во второй раз). После родов соц.службы забрали во временный приют на 3 месяца. А потом, видимо, снова на дачу.

Больная 34 года, роды 3, узнала о + ВИЧ при постановке на учет в ж/к. Путь заражения неизвестен (со слов). Муж пройти обследование отказался. Встала на учет в СПИД-центре, получала АРТ в полном объеме. Несмотря на это ВН в 36 нед более 50 тыс.копий. Проведено плановое кесарево сечение. На следующий день получили жалобу на сайт минздрава от свекрови. Суть претензии «Этим коновалам (акушерам) лишь бы зарезать кого! Правильно, им же за кесарево больше платят! А бедная девочка теперь с разрезанным пузом!» Свекровь просто не знала, что у ее «бедной девочки» (а возможно, и сыночка) ВИЧ. Минздрав, как обычно, перевел стрелки на нас. На беседу с главврачом родственница пришла вместе с сыном. И пока та извергала гневные обличающие тирады, эта великовозрастная особь скромно сидела, потупив глазки. Главный врач выйдя из кабинета, позвала сыночка в коридор и тихо сказала:  «Либо ты сейчас забираешь свою драгоценную маму, а также ее жалобу и вы мирно уходите восвояси, либо я найду способ, как донести до матушки истинную причину кесарева сечения». Сынок мамашу подхватил и тихо удалился. А мы с начальником выпили по рюмке коньяка (зачеркнуто) валерианки, дабы успокоиться да и пошли работать дальше.

Больная, 36 лет, ВИЧ в течение 8 лет. 3 предстоящее кесарево сечение (всех детей рожала уже зная о диагнозе) плюс высокая ВН. Категорически отказалась перевязать трубы со словами «Только попробуйте! Сколько хочу, столько и буду рожать!»

Больная 29 лет, ВИЧ-диссидентка, отрицает наличие у себя заболевания. Естественно не лечилась. От оперативного лечения отказалась. Потребовала приложить ребенка к груди, заявив, что мы нарушаем ее права, и она подаст на нас в суд. Убедить не смогли.

Мы носимся с ними. Мы выписываем им больничные как за осложненные роды. Мы не может даже заикнуться о контрацепции и не дай Бог позволить себе косой взгляд в их сторону. Мы подвергаем свою жизнь опасности, идя на кесарево сечение, только потому что женщина перестала принимать АРТ или не сдала ВН в нужный срок. Свой диагноз они несут гордо, уже практически не стесняясь, пользуются многочисленными льготами. Некоторые специально кормят детей грудью, потому что ВИЧ-положительный ребенок получает инвалидность и соответствующие пособия (это рассказывают педиатры с участков).

ВИЧ вошел в нашу жизнь. Мы уже не падаем в обморок от этого слова. Сейчас ВИЧ как насморк (куда там далеким 90-м с их сифилисом).

Мы научились не бояться таких женщин. Мы спокойно идем на кесарево, не дрожа от страха. Только движения наши чуть медленнее, осторожнее, чтобы не дай Бог.

Потому что нас никто не защитит, кроме нас самих, потому что от сумы и от тюрьмы не зарекайся…

Мы должны быть толерантны, добры, участливы. Мы не можем обеспечить их принудительной контрацепцией. Мы же правовое государство, а не фашисты. Все так, все так…

Как-то была дискуссия на тему «Отдали бы Вы ребенка в детсад, если бы узнали, что воспитатель ВИЧ-позитивна?» Я бы отдала, если воспитатель хороший. Но вот, когда думаю, как бы я среагировала, если бы мой повзрослевший сын начал встречаться с такой девушкой. Не толерантная я, не толерантная.

Автор: гинеколог Татьяна Матвеева, Алтайский край, «Доктор на работе».