термин «медицинская услуга» нужно законодательно закрепить как единицу тарификации медпомощи
«В последнее время на разных площадках возникают дискуссии о необходимости повышения статуса медицинского работника, престижа медицинских профессий. Выражаются опасения, что использование понятия «медицинская услуга» ассоциирует врачей со сферой услуг. Уже сейчас Конституцией Российской Федерации гражданам гарантируется медицинская помощь, основные положения о которой закреплены в базовом для отрасли здравоохранения 323-ем федеральном законе «Об основах охраны здоровья граждан в РФ». Согласно этому закону, медицинский работник оказывает именно медицинскую помощь», – подчеркнул министр.
Мурашко добавил, что «термин «медицинская услуга» обозначает, по сути, единицу тарификации медицинской помощи и в большинстве случаев используется для финансово-экономических расчетов, медицинской статистики». «Во избежание иного трактования, считаю, что понятие «медицинской услуги» должно быть соответствующим образом законодательно уточнено», – отметил глава Минздрава. По его словам, уже проводятся «широкие консультации по выработке пакета соответствующих предложений по доработке законодательства» с привлечением ведущих юристов на площадке партии «Единая Россия», Госдумы и Нацмедпалаты.
Ранее Михаил Мурашко отмечал, что понятие «медицинская помощь» уже присутствует в законодательстве, и такое понятие, как «медицинская услуга», лишь является его составной частью. Мурашко подчеркивал, что работа по декриминализации медицинской деятельности должна быть нацелена на поиск трактовки, которая сможет оградить врачей от применения к ним ст. 238 УК РФ «Оказание услуг или выполнение работ, не отвечающих требованиям безопасности».
В начале октября 2022 года о необходимости отказа от термина «медицинская услуга» на заседании Комитета Госдумы по охране здоровья министру заявил депутат, научный руководитель и президент НМИЦ ДГОИ им. Дмитрия Рогачева Александр Румянцев. «Внесли предложение о замене термина «медицинская услуга» на «медицинская помощь», которое мы отстаиваем. Хотелось бы, чтобы вы поставили эту позицию под контроль», – сказал Румянцев. Мурашко в ответ отметил, что изменение терминологии предлагаемым путем не представляется ему удачным.
«Если вы в рамках оказания медицинской помощи делаете ту или иную манипуляцию, которая декомпозирует медицинскую помощь, то комплекс манипуляций как будет называться? <…> Мы собирали экспертов ведущих вузов для достижения того, что вы ставите в задачу, и у меня есть мнение определенного круга правовиков. Они считают, что по данному вопросу уход от слова «услуга» ничего не решает», – сказал Мурашко. О том, есть ли альтернативные варианты изменения юридической терминологии, ни министр, ни его оппонент не сообщили.
Уход от понятия «медицинская услуга» еще в августе 2022 года анонсировал глава Комитета Госдумы по охране здоровья Дмитрий Хубезов, рассказывая о том, что «декриминализация медицинской деятельности» станет одним из главных направлений новой программы партии «Единая Россия». «Все мы понимаем, насколько сейчас наши коллеги напряжены из-за часто возникающих уголовных дел. Здесь есть уже наработки, этим будем заниматься, чтобы все выводить в плоскость гражданско-правовую, как во всем мире, а не как сейчас, когда по каждому делу все в рамках уголовного судопроизводства происходит», – разъяснил суть партийной программы депутат.
Следом стало известно о разработке Госдумой законопроекта о выведении из законодательства понятия «медицинская услуга». «Вне всякого сомнения, мы оказываем помощь, а не услугу. Это один из шагов, чтобы сделать профессию врача уважаемой», – отмечал Хубезов. В сентябре 2022 года Михаил Мурашко частично поддержал позицию депутатов, заявив, что медицинских специалистов нельзя подвергать уголовному преследованию, потому что «страх перед этим преследованием» отнимает время и мешает принятию оперативных решений по лечению пациентов.
Тогда же, в сентябре, Национальная медицинская палата (НМП) сообщила о намерении внести в Госдуму поправки в закон «Об основах охраны здоровья граждан в РФ», которые смогут защитить врачей от уголовного преследования, – закрепить в законодательстве такие понятия, как «крайняя необходимость» и «обоснованный риск».
«В обсуждаемом законопроекте мы рассматриваем два варианта освобождения от ответственности. Один – это крайняя необходимость, которая возможна при оказании экстренной или неотложной медицинской помощи. Вторая ситуация – обоснованный риск, когда нет необходимости мгновенного, срочного принятия решения и стандартные способы лечения не помогают. То есть речь идет об оказании плановой медицинской помощи», – объясняла руководитель юридической службы НМП Лилия Айдарова.
Главный врач Ногинской центральной районной больницы Сергей Лившиц, выступая в июле 2022 года на конгрессе «Национальное здравоохранение – 2022», рассказал, что в 2021 году российские суды вынесли 196 обвинительных приговоров в отношении медиков и ни одного оправдательного, в 2020 году – 230 обвинительных и восемь оправдательных. По статистике компании «Актион медицина», в 2020-2021 годах в большинстве случаев фигурантами уголовных дел были терапевты (31,4%), хирурги (19%), акушеры-гинекологи (13%), педиатры (8,5%) и анестезиологи-реаниматологи (6,5%).
