Во многих отношениях 2017 г. отличался некоей неопределенностью для мировой фармы, пишет FiercePharma. В Белом доме обосновался весьма эксцентричный президент США. Отрасль подверглась его резкой критике по вопросам ценообразования, хотя по прошествии более чем года его энтузиазм поостыл. Не обошлось и без встрясок. После невнятной реакции Дональда Трампа на политическую акцию правых сил в г. Шарлотсвилл (Вирджиния) некоторые лидеры отрасли, в т. ч. исполнительный директор Merck & Co. Кеннет Фрейзер, оставили свои посты в Совете промышленности США.
Кроме того, Pfizer и Johnson & Johnson схлестнулись в патентной тяжбе, которая могла бы изменить весь американский рынок биосимиляров; Merck & Co. (за пределами США и Канады – MSD) подверглась мощной кибератаке; Teva объявила о курсе на разукрупнение и масштабную реорганизацию. И это еще не все. В GlaxoSmithKline, Teva и Eli Lilly в 2017 г. сменилось руководство, а Novartis объявила о грядущей смене исполнительного директора.
Между тем, в прошедшем году фармпроизводители достигли невиданного ранее научного прогресса. Так, Novartis и Gilead Science получили одобрение первых препаратов на основе технологии CAR-T – Kymriah и Yescarta соответственно. Компания Spark Therapeutics получила разрешение на вывод на рынок геннотерапевтического препарата Luxturna. Эти дорогостоящие препараты могут взорвать существующие в США платежные системы. Например, курс терапии Luxturna стоит 850 тыс. долл.
В 2017 г. глобальный объем продаж TOP15 фармацевтических компаний по сравнению с 2016 г. увеличился сравнительно ненамного и составил 551 млрд долл. против 524 млрд долл. Одиннадцать компаний Большой фармы показали рост продаж. Между тем, у таких фармгигантов, как Pfizer, Gilead Sciences, Amgen и AstraZeneca этот показатель сократился.
