Из-за сгоревших архивов врач получила минимальную пенсию: «Мы заложники сумасшедшего государства»

Причиной этого стал пожар, который унёс архивные сведения о её зарплате в молодые годы.

В пенсионном фонде врача заверили, что подобные дела в суде ещё никто не выигрывал. Ирина Головина считает такую системой издевательством над людьми и винит во всём главных лиц страны.

«У вас может быть минимальная пенсия, такая же как у тех, кто не работал ни одного дня, даже если вы работали сутками. На государство, не на дядю. У вас была «белая зарплата». Большая, потому что вы очень много работали во благо государства. Но ОНО вам просто плюет в лицо.

Сгорели архивы, где была написана моя зарплата, та, что была у меня самая высокая. С которой я собиралась уходить на пенсию. И теперь мне поставят: «зарплата – 0 рублей». И с ноля будут начислять пенсию. Можно эту проблему решить цивилизованный путем? Конечно», — рассказала женщина.

Ирина Головина пыталась найти выход, предлагала специалистам пенсионного фонда взять для расчётов среднюю зарплату по стране в тот период или размер ставки по штатному расписанию тех лет в той должности. Но такого решения в законодательстве не прописано.

«Но у нашего государства, а оно имеет конкретные фамилии и имена: президент, премьер-министр, депутаты, народные избранники, то, что в психиатрии называется термином ПАРАЛОГИКА. Логика, которая есть у больных шизофренией.

И я, такая, со сгоревшими архивами финансово экономических документов, не одна… Похоже, кому-то выгодно, чтобы они горели. И все, у кого утеряны архивы по зарплате до 1992 г., – все получают минимальную пенсию», — посетовала врач.

Ирина Головина поделилась полной историей своего трудового стажа: «Я всегда работала очень много. Мой трудовой стаж – 38 лет. С 1980 г, я, семнадцатилетняя студентка, пошла мыть полы: санитарка и медсестра. В 1986 г. я – врач. Пошла работать на участок.

Очень тяжелая участковая работа. Участковых педиатров не хватало и приходилось работать на 1,5 ставки. Человек 40 на приеме, а потом по 10-15 вызовов. А зимой во время эпидемий гриппа по 20-25 вызовов.

А еще по 5-6 дежурств в стационаре. Стационар был инфекционных, работал по Скорой помощи, очень тяжелых деток привозили, поэтому поспать ночью почти не было возможности. Уходя из дома в 7:30 утра, приходила домой в 8 вечера следующего дня.

За участковую работу – 168 руб. ставка, плюс еще полставки, плюс полставки дежурства. Итого: около 300 руб. я получала на руки. В то время, средняя зарплата была 200 руб.,на одном из фото даже есть таблица. Так я работала до 1990 г.

Потом ушла в стационар. Конечно, зарплата стала меньше. Плюс в 1993 г. я ушла в декретный отпуск, ждала Никусика. Выйдя в 1996 г., первое, что я услышала от главного врача, что надо написать заявление на то, что я хочу перейти на 0,25 ставки. Иначе – увольняйся. Так выживали в те годы медицинские учреждения.

В 2000 г. я регистрирую ИП. Врач, который не имеет ничего кроме своей головы, априори не может зарабатывать миллионы, и если уходить на пенсию с тех сумм, которые зарабатываешь как ИП – это абсолютные копейки.

Я выбрала по закону для начисления пенсии те годы: с 1987 по 1992. Но архив сгорел… В 2017 г. И все сведения о моем трудовом стаже и заработке с 1965 г. по 2010 г. – уничтожены.

Все, что с 1992 г. можно подтвердить – отчисления в налоговую, а все, что до этих лет – нельзя. Не считается. Ноль рублей. Вот так».

В связи с этим врач сделала неутешительный вывод: «Мне страшно в этом признаться, но, исходя из вышенаписанного, приходишь к выводу, что те, кто пишет законы, принимает и