Так, на основе объединенной модели атрибуции риска авторы подсчитали, что с воздействием бактерии потенциально связано 22% случаев колоректального рака. Когда расчет ограничили только популяционными и когортными исследованиями (как более качественными), показатель снизился до 11,9%.
Бремя, связанное с H. pylori, оказалось неравномерным и по территориям: наиболее высоким оно было в странах западной части Тихого океана (25,1%). У женщин расчетная доля случаев была выше, чем у мужчин – 24,8% против 19,9%. Также показатель оказался несколько выше при диагностике активной инфекции немолекулярными методами – 25,4% против 19,9% при серологическом тестировании.
На уровне отдельных стран самая высокая доля случаев такого вида рака, потенциально связанных с H. pylori, в 2022 году была зафиксирована в Монголии (36,1%). Самые высокие стандартизированные по возрасту показатели заболеваемости отмечены в Японии (9 случаев на 100 тысяч человек), Португалии (8,4) и Южной Корее (7,8).
В абсолютных цифрах больше всего случаев пришлось на Китай – 139 619. Авторы также обнаружили обратную корреляцию между самой заболеваемостью в стране и долей случаев, связанных с бактерией. Например, в европейских странах при высокой заболеваемости расчетная доля, связанная с H. pylori, оказалась ниже. Среди стран с одновременно высокими показателями обоих параметров авторы выделяют Японию, Китай, Португалию, Южную Корею и Россию. Зависимость между распространенностью H. pylori и долей связанных с ней случаев колоректального рака росла нелинейно и выходила на плато при распространенности бактерии около 60%.
Отдельно ученые рассмотрели данные об эрадикации (уничтожении) бактерии: сведения о ее влиянии на риск рака нашлись всего в четырех исследованиях. В двух когортных работах с периодом наблюдения более 10 лет эрадикация H. pylori была связана со снижением риска колоректального рака. При более коротком наблюдении эффект не подтверждался.
Изучив данные по поколениям (исходя из года рождения), ученые обнаружили, что распространенность бактерии последовательно снижается – от родившихся до 1947 года к родившимся в 1963–1977 годах. При этом расчетная доля случаев возросла (с 9,5% до 15%) при относительно стабильном абсолютном их числе. Авторы связывают это с возможным эффектом задержки: канцерогенные последствия перенесенной в раннем возрасте инфекции могут проявляться спустя десятилетия.
Исследователи также подчеркивают, что их выводы носят предварительный и гипотезообразующий характер, так как устройство исследования не позволяет установить причинно-следственную связь между H.pylori и колоректальным раком, а часть оценок основана на ограниченном числе работ высокого качества. При этом, например, причинно-следственная связь между H. pylori и раком желудка уже считается доказанной – по данным исследования, доля случаев рака желудка, связанных с бактерией, оценивается в 74,7–89%. Ученые считают необходимым проведение рандомизированных клинических испытаний, которые позволили бы подтвердить или опровергнуть причинную роль H. pylori в развитии колоректального рака.
В августе 2026 года ВОЗ представила оценку глобального, регионального и национального бремени 42 заболеваний, распространяющихся через еду, за 2000–2021 годы. Согласно данным, опубликованным в журнале The Lancet Global Health, в 2021 году такие факторы стали причиной около 866 млн случаев заболевания и 1,52 млн смертей в мире. Совокупное бремя диарейных, недиарейных и паразитарных кишечных состояний за 20 лет составило 57,1 млн лет жизни.



