Эксперты разошлись во взглядах на будущее производственных аптек
Могут ли производственные аптеки стать полноценными мини-заводами и выпускать лекарства? Ответ на этот вопрос разделил участников конференции «Фармпроекции». Одни видят в аптечном производстве спасение от дефицита и санкционных ограничений, другие настаивают, что оно должно оставаться исключительно разовой мерой для конкретного пациента.
В России зарегистрировано около 1300 производственных аптек, однако фактически деятельность осуществляют не более 600, такие данные привел генеральный директор АНО «Национальный научный центр фармаконадзора», внештатный эксперт Росздравнадзора Анатолий Крашенинников на конференции «Фармпроекции», передает корреспондент ФВ.
Причины – отсутствие инвестиций, устаревшее оборудование, ужесточение требований к качеству. Эксперты сессии отметили, что есть единичные положительные примеры, в числе которых — «Сириус» в Сочи и производственная аптека в Нижнем Новгороде.
Отдельные региональные игроки, такие как «Нижегородская областная фармация», пытаются переосмыслить роль производственных аптек. «На сегодняшний день порядка 90% оборота нашей производственной аптеки приходится на госпитальный сегмент. Однако мы считаем необходимым развивать розничное направление. Делегация нашей компании выезжала в Красноярск, чтобы изучить опыт «Губернских аптек»: там структура обратная – лишь 10% занимает госпитальный сектор и 90% – розница. При этом мы разделяем розничный рынок, учитывая, что полностью обеспечиваем льготников – объем льготного отпуска в текущем году составляет порядка 8 млрд рублей. Мы планируем развивать коммерческие направления, включая производство мазей и парафармацевтических средств», – рассказал руководитель проектов «Нижегородской областной фармации» Александр Смирнов.
Он также считает, что аптеки в лечебных учреждениях следует постепенно закрывать. «Мы способны взять на себя весь объем изготовления лекарств для нашей области – тем более что являемся единственным поставщиком. В рамках наших договоров, по крайней мере в Нижнем Новгороде, мы уже практически перешли к такой модели: поставляем в больницы как закупаемые препараты для госпитального сегмента, так и продукцию собственного производства», – добавил он.
Как пример Александр Смирнов привел гипертонический раствор натрия гидрокарбоната (сода), который сейчас имеет иные фасовки, чем у производителей — не 250, а 255 мл, не 4,2% раствора, а 4,25%.
В перспективе они планируют получить регистрационное удостоверение на этот препарат, чтобы легализовать системное производство. «Сейчас мы изучаем рынок и видим, что, вероятно, нам надо будет самим эту соду делать, мы получим на нее регистрационное удостоверение, так чтобы этот вопрос закрыть, мы от закона не убегаем, а закон соблюдаем», – рассказал Александр Смирнов.
данные «Нижегородской областной фармации» (НОФ)
«Мы нацелены на то, чтобы закрыть те ниши, где отсутствует необходимая дозировка или лекарственная форма – прежде всего для маленьких пациентов и больных, нуждающихся в паллиативной помощи. Мы рассматриваем себя как производственную площадку для изготовления экстемпоральных лекарственных форм по заказам лечебных учреждений, чтобы полностью удовлетворять их потребности. Понимаю, что большая фарма может испытывать беспокойство, но, на мой взгляд, эти опасения напрасны: наши цели и направления работы принципиально иные», – заверила директор Дальневосточного центра лекарственного обеспечения Министерства здравоохранения Хабаровского края Анна Струнец.
Александр Смирнов подчеркнул, что их путь – не конфронтация с фармпроизводителями, а четкое разделение рынка. «Не спорить с производителями, а четко делить рынок. Мы не собираемся выходить со своими лекарствами на рынок страны, но для своих льготных категорий можем снизить затраты, особенно по санкционным лекарствам, для лечения редких заболеваний, включая рассеянный склероз», – отметил он.
По мнению исполнительного директора ассоциации «Инфарма» Вадима Кукавы, все проблемы дефицита лекарственных препаратов уже решены законодательно.
«Мы всячески поддерживаем идею возрождения экстемпорального производства в Российской Федерации. При этом разовость изготовления для конкретного пациента по показаниям врача должна оставаться единственной функцией подобных аптек и не становиться механизмом производства в промышленных масштабах при наличии оригинальных лекарственных препаратов. Существует достаточное количество регуляторных решений, призванных бороться с возможной дефектурой. Это и ускоренная процедура регистрации, и ввод в иностранной упаковке, и ввоз незарегистрированных препаратов, и специальные условия изменения зарегистрированной цены в случае дефектуры, и в конце концов институт принудительного лицензирования. Нельзя в обход действующего законодательства расширять функционал производственных аптек, что в перспективе может иметь обратный эффект и негативно отразиться на доступности препаратов для пациентов в нашей стране», – заключил он.
