Психопаты отлично уживаются с начальниками-тиранами – хамство и моральное давление лишь мотивирует их работать еще лучше, выяснили исследователи из Университета Нотр-Дам во Франции. Результаты были опубликованы в журнале Journal of Business Ethics.

В зависимости от склонности к психопатии, работники реагируют на моральное давление и оскорбления со стороны начальства по-разному. Вопреки сформированному массовой культурой стереотипу, психопаты — это не жестокие маньяки и убийцы.

В психиатрии под психопатами понимают бессердечных, эгоцентричных и лживых людей, неспособных к сопереживанию и раскаянию.

Количество психопатов в мире составляет 1-2% от населения.

Психопатия делится на первичную и вторичную. «Первичные» психопаты бесстрашны, не страдают от тревожности и невротизма, очаровательны для окружающих, их не волнует, кто и что о них думает. Отсутствие склонности переживать из-за чужого мнения приводит к неспособности ощущать стыд или раскаяние, зато позволяет при необходимости быть неискренними и нечестными. Вторичная психопатия, наоборот, проявляется через повышенную импульсивность, невротизм и тревожность. Если первичная психопатия может быть выгодна для продвижения в бизнесе или политике, то вторичная скорее способствует совершению преступлений.

«Существуют первичные и вторичные аспекты психопатии, — объясняет профессор Шарлис Херст, ведущий автор исследования. — В обоих случаях речь идет об антиобщественном поведении, однако при первичной психопатии люди хладнокровны, не способны к сочувствию и бесстрашны. Они не реагируют на то, что заставляет других людей злиться, бояться, испытывать стресс. Люди с вторичной психопатией скорее рисковые и импульсивные.

Мы выяснили, что первичные психопаты отлично работают под началом руководителей-тиранов. По сравнению с работниками, которые не имели проявлений психопатии, они в таких случаях испытывали меньше гнева и больше положительных эмоций».

Вместе с коллегами Херст провела два исследования, участниками которых стали 419 взрослых работников. Сначала они прошли личностные тесты, с помощью которых исследователи установили выраженность психопатических черт характера у участников. Затем, спустя месяц, они прошли еще один опрос для выявления уровня злости, вовлеченности в работу и других эмоциональных характеристик.

В первом исследовании добровольцы должны были изучить профили менеджеров, где те были представлены как разумные и деловые или как склонные к тирании на рабочем месте и оскорблениям. Участники исследования с высоким уровнем первичной психопатии сообщали о том, что чувствуют себя счастливее, представляя, как работают на тирана.

Во втором исследовании участникам надо было оценить, насколько их собственные начальники склонны к оскорбительному поведению — как часто те грубят, лезут в личную жизнь работников, нарушают обещания, не уделяют должного внимания работе. Участники с первичной психопатией при этом чувствовали себя менее сердитыми и более уверенными и вовлеченными в работу.

Вовлеченность в работу авторы исследования определяют как позитивное, приносящее удовлетворение состояние, для которого характерны энергичность, самоотверженность и поглощенность делом.

Херст отмечает, что многие способы, при помощи которых руководители пытаются манипулировать сотрудниками, могут быть довольно неприятными.

«Они могут стимулировать и поддерживать именно тех людей, которые разделяют культуру насилия, — поясняет она.

— Психопаты под руководством начальников-тиранов будут стараться представить себя в лучшем свете, чтобы обойти коллег».

В компаниях вовлеченность работников используется как показатель здоровой обстановки в организации, но исследование Херст показывает необходимость более глубокого подхода.

«Моральное насилие может носить эндемический характер (т. е. проблема может быть свойственна для организации в целом), как в банковской компании Wells Fargo, где, как рассказывали бывшие работники, менеджеры запугивали и стыдили их, чтобы достичь нереальных уровней продаж, а высшее руководство об этом не знало или не предпринимало никаких действий. Там мог наблюдаться рост вовлеченности за счет увольнения сотрудников без психопатических черт и склонности оставаться в этой компании людей с первичной психопатией. В конце концов, они могут стать компанией высококвалифицированных психопатов», – рассказывает Херст.

Таким образом, заключают авторы работы, у психопатов есть некоторое преимущество — в условиях морального давления и издевательств они располагают большим количеством психологических ресурсов, чем их коллеги. Однако в случае, когда моральное насилие превращается в политику компании, организация рискует получить целый коллектив психопатов, что способно нанести ей ущерб.