«Злокачественная» настороженность — почему врачи не стремятся оформлять себе «онкологические премии»
«В прошлом году мы переформатировали эту выплату. Сейчас 1000 рублей платится первому медицинскому работнику, проявившему онконастороженность, и эффективность этой выплаты за прошлый год увеличилась сразу в пять раз по сравнению с 2023 годом», – сообщил Баланин. По его словам, в 2024 году на данные выплаты было направлено 55 млн рублей.
Как рассказал «Медицинской России» юрист Сергей Ефимов, согласно установленному порядку, медорганизация через государственную информационную систему передает данные в территориальный ФОМС не позднее пятого числа месяца, следующего за отчетным.
«”Онкопремию” получает медработник, впервые назначивший пациенту консультацию врача-специалиста, диагностические (инструментальные/лабораторные исследования) на выявление онкозаболевания в ходе проведения диспансеризации и профмедосмотра, за каждый случай впервые выявленного онкозаболевания, диагноз которого подтвержден», — отметил Ефимов.
Онколог Валентина Харитонова рассказала «Медицинской России», что такая система выплат действительно работает, однако не обходится без нюансов.
«Врач должен выявить онкологическое заболевание и заполнить соответствующую форму. Причем не имеет значения, работает доктор в государственном или коммерческом учреждении здравоохранения. Форма содержит множество пунктов, конечно, ее заполнение отнимает немало времени», — сообщила Харитонова.
По ее данным, в среднем за одного выявленного на ранней стадии онкопациента врач получает 300-400 рублей в некоторых регионах после вычетов:
«На самом деле это является определенным стимулом, прежде всего, для тех врачей, которые работают в поликлиниках. За день там можно вполне выявлять 1-2 таких пациентов. По итогам месяца может получиться неплохая прибавка к зарплате, которая сама по себе не очень высока».
Харитонова обратила внимание на то, что деньги выплачиваются только за выявление злокачественного новообразования, если речь, например, идет о доброкачественной опухоли, что может быть установлено, как правило, только гистологическим путем, то средства врачу не переводятся.
По ее наблюдениям, доктора редко заполняют такие формы:
«Это очень хлопотно, много писанины, занимает много времени, далеко не все хотят таким заниматься».
Онкоиммунолог Даниил Щепеляев в разговоре с «Медицинской Россией» заявил, что «эти выплаты практикующие врачи не видят». Он рассказал, что «чаще всего по каким-то причинам они не доходят».
По его словам, раннее выявление онкологических заболеваний сегодня осложняется целым рядом причин:
«Во-первых, это упорство самих больных: многие категорически не хотят обследоваться даже при подозрении на онкопатологию. Во-вторых, мы наблюдаем по всей стране, особенно в регионах, острейший дефицит узких специалистов: зачастую их просто нет».
Щепеляев отметил, что направление пациента на дополнительные обследования зачастую работает против самого доктора:
«Если патология не подтвердится, лечащему врачу сделают не одно внушение, поэтому и получается, что человека проще не направить, чем направить».
Даниил Щепеляев скептически относится к системе поощрения за раннее выявление онкологии. По его мнению, оно содержит в себя ряд рисков:
«Существует вероятность того, что руководство медучреждений будет “подгребать” эти средства под себя. Если поощрять финансово, то, во-первых, все должно быть предельно прозрачно, а во-вторых, нужна не тысяча рублей в качестве премии, а какие-то внушительные суммы. Иначе это выглядит не как мощный стимул, а скорее как оскорбление».
