Желудочно-кишечные «бактерии ожирения» получают преимущество на севере
Средство избавления от избыточного веса часто видят в буром жире — разновидности жировой ткани, в которой липидные запасы сжигаются с образованием тепла. Поскольку бурый жир участвует в терморегуляции, логично было бы предположить, что активировать его можно, просто выйдя на холод. И действительно, холод подстёгивает бурый жир, что было показано в целом ряде исследований.
Однако на жиросжигающее действие холода находится противодействие в виде желудочно-кишечных бактерий. Таичи Судзуки (Taichi Suzuki) из Калифорнийского университета в Беркли (США) вместе с коллегами обнаружил, что у людей, живущих в холодном климате, в пищеварительном тракте повышается доля бактерий, связанных с избыточным весом. Вообще говоря, адаптации северян к холоду давно занимает исследователей, и им не составило труда обнаружить, что одна из таких адаптаций — накопление термоизолирующей жировой прослойки. Следовательно, среднестатистический эскимос тяжелее среднестатистического африканца.
Но откуда эта прослойка берётся? Тем более что, как мы знаем, холод заставляет организм тратить больше энергии на обогрев. Одна из возможных причин — кишечные бактерии: учёные проанализировали состав желудочно-кишечной микрофлоры у тысячи с лишним людей из 23 популяций, от Швеции до Малави, и обнаружили, что в северянах живёт больше бактерий группы Firmicutes и меньше — Bacteriodes.
Связь бактерий с ожирением нынче одна из «горячих точек» в биологии: в том, что некоторые желудочно-кишечные микробы способствуют появлению избыточного веса, уже никто не сомневается, осталось лишь точно определить эти самые «ожиряющие» бактерии и понять, почему они вдруг получают преимущество в экосистеме кишечника.
Firmicutes давно обвиняются в том, что способствуют избыточному весу и ожирению, и мы тоже неоднократно о них в связи с этим упоминали. Что же до Bacteriodes, то их как раз больше у худых. Можно предположить, что жизнь в холодном климате заставляла организм сильнее привечать такие микробы, которые помогали бы ему получить как можно больше калорий из еды, и в итоге «бактерии ожирения» начали властвовать над прочими, закрепившись в северных популяциях.
В пользу такого вывода свидетельствуют похожие исследования на животных: кишечник мышей, пойманных на севере США, содержал больше «ожиряющих» бактерий, и сами животные были тяжелее, чем мыши из тёплой Флориды. Однако в самой работе ничего не говорится об индексе массы тела тех, у кого анализировали микрофлору, так что в данном случае связать Firmicutes с физиологией конкретного человека нельзя.
Кроме того, здесь мы можем говорить только о корреляции между количеством тех или иных бактерий и географией. Где тут причина, а где следствие, сказать трудно. Возможно, бактериям избыточного веса помогает геном северных людей, а гены эти, в свою очередь, отобрались благодаря климату. С другой стороны, в некоторых областях спектр бактерий меняется очень сильно, хотя климатический регион остаётся одним и тем же. Наконец, в тех же США «самыми худыми» оказываются северные штаты.
Очевидно, на связь между бактериями, географией и избыточным весом может влиять множество факторов, как генетических, так и социально-культурных. В конце концов, северяне могут просто-напросто предпочитать жирную и маловолокнистую еду, которая благоприятствует размножению этих злосчастных Firmicutes.
Результаты исследования готовятся к публикации в журнале Biology Letters.
Подготовлено по материалам LiveScience.
