Заразить Чавеса раком было возможно, но зачем?

5 марта 2013 года, в день шестидесятилетия смерти Сталина, умер Уго Чавес, путь которого к власти был так похож на гитлеровский (неудачный переворот, тюрьма, миллионы поклонников, честные выборы). Смерть всех перечисленных диктаторов вызвала массу кривотолков. Хотя её непосредственной причиной в последнем случае стал инфаркт, очевидно, что произошёл он на фоне длительного лечения президента Венесуэлы от рака. Вот с ним-то и возникла несколько необычная ситуация.

Нагнетаемая исходящими от вибрирующей боливарианской прессы волнами душещипательная история о заражении Чавеса раком, казалось бы, выглядит, мягко говоря, надуманно. Как известно, благодаря оставшимся безнаказанными действиям Вила Мирзаянова, ныне живущего в США, эта страна узнала о существовании «Новичка». То есть у Штатов, основной силы, желавшей смерти Чавеса, была техническая возможность отравить его ядом, который посмертная венесуэльская экспертиза всё равно не нашла бы. Зачем же, имея такое средство, заражать его раком?

И, строго говоря, возможно ли это вообще? Скажем, Госдепартамент США назвал такого рода обвинения абсурдом. Тем не менее технически это не невозможно, утверждает Кэтрин Белов (Katherine Belov), профессор сравнительной геномики Сиднейского университета (Австралия).

Напомним: в норме рак незаразное заболевание. Но есть исключения: сирийские хомячки, собаки и тасманийские дьяволы болеют трансмиссивным раком, который в англоязычной литературе также называют «паразитическим». Вот только чтобы этот недуг передался от одного носителя к другому, первый должен укусить или как-то ещё поранить второго — либо, как у сирийских хомячков, и первого, и второго должен укусить один и тот же жёлто-лихорадочный комар. Долгое время считалось, что для человека такой сценарий неосуществим. Однако известен случай плеоморфной недифференцированной саркомы, передавшейся от заболевшего к оперировавшему его хирургу после травмы при зашивании.

Как отмечает Кэтрин Белов, некоторые штаммы папилломавируса человека, передающиеся, к примеру, половым путём, также повышают вероятность заболевания раком, хотя и не дают в этом отношении гарантии. Но, строго говоря, сходные шансы предоставляют курение и асбест. Вот только некоторые кубинские товарищи курят едва ли не по 100 лет и до сих пор здоровы, да и регулярно работавших с асбестом довольно много, а умерло от рака среди них меньшинство. (Впрочем, есть ли у нас заслуживающая доверия статистика?)

Кроме того, даже прямой и преднамеренный перенос раковых клеток от человека к человеку затрудняется иммунной системой: раковые клетки из одного организма легко приживаются в другом представителе того же вида только в том случае, если генетически исходный и конечный носители очень близки. Но гарантий такой близости часто дать нельзя, что делает даже травматический перенос раковых клеток не слишком надёжным способом. Те же тасманийские дьяволы столь экстремально уязвимы к трансмиссивному раку только потому, что не так давно прошли «бутылочное горлышко», когда погиб почти весь вид, так что все ныне живущие дьяволы являются близкими родственниками; генетическое разнообразие в популяции мизерно, что и позволяет «удачной» линии раковых клеток терроризировать целый вид. Иммунные системы просто не «видят» их в качестве «чужих». У людей такой ситуации пока нет.

Собственно говоря, объясняет специалист, даже ваш собственный рак часто не приживается в вашем организме: иммунная система в большинстве случаев просто убивает мутантную клетку. Рак как болезнь может появиться только тогда, когда иммунная система даст сбой — и та или иная раковая клетка, не будучи убитой иммунитетом, начнёт делиться. Поэтому люди болеют раком очень часто — просто узнают они об этом редко, только тогда, когда иммунитет не справился с угрозой. В общем, даже если бы у Чавеса каким-то чудом выделили его собственную случайную раковую клетку до её уничтожения иммунитетом, это не гарантировало бы успешности инфицирования команданте его же «собственным» раком.

Самые надёжные способы переноса раковых клеток от человека к человеку — передача беременной рака своему плоду или же трансплантация органа от больного здоровому человеку, которая случается, если донор не был нормально продиагностирован или находился на ранней стадии заболевания. Оба сценария в случае Чавеса неприменимы: ему ничего не пересаживали, а его мать, до сих пор здравствующая, никогда не болела раком.

«Я знаю описанные в литературе случаи, — заключает Кэтрин Белов, — когда рак преднамеренно переносился между людьми и успешно адаптировался в новом организме. Но это были близкие родственники. Да, люди имеют изумительную способность делать друг другу ужасные вещи. Я не могу сказать, что это [заражение Чавеса раком] невозможно, но, полагаю, это крайне маловероятно».

Боливарианцы, начиная с вице-президента Венесуэлы (ныне и. о. президента), настаивают: убийство раком имело смысл для властей США, поскольку позволяло избежать создания ореола мученика вокруг Чавеса. Одна беда: венесуэльцы, похоже, кое о чём просто забыли. Напомним им: венесуэльцы не «гринго», а «гринго» не венесуэльцы. Да, латиноамериканские традиции политической борьбы часто включают в себя такие сложные ходы, как отравление, организация «несчастных случаев» и прочее (и это «прочее» нередко достигает удивительной искусности, по организации превосходя убийства Кеннеди).

Однако для этого не нужен рак: достаточно вспомнить некоторые хрестоматийные убийства из политической истории той же Венесуэлы. Для американцев же история с раком слишком сложна. Их средства устранения политических конкурентов в большинстве случаев много проще, не говоря уже о том, что для ликвидации господства боливарианцев в Венесуэле убийство Чавеса не было ни необходимым, ни достаточным.

Подготовлено по материалам Scientific American.