за три месяца скрининга на АМГ проведено 110,5 тысячи анализов крови

Антон Оленев выступил на конференции «О состоянии репродуктивного здоровья граждан России» 12 декабря.

Проект ДЗМ по повышению уровня рождаемости в Москве стартовал в сентябре 2024 года – он финансируется как за счет местного бюджета, так и за счет ОМС. Его первый этап – массовый скрининг на уровень АМГ для определения резерва яйцеклеток в организме женщины. Направления на анализ получили 1,2 млн женщин: среди них все москвички в возрасте 25-39 лет, а также женщины в возрасте 18-24 лет с оперативными вмешательствами на яичниках. Тест могут назначить и сами врачи – для женщин в возрасте 18-25 лет, если у родственников были ранние менопаузы или если у пациентки были не зафиксированные в ЕМИАС оперативные вмешательства на яичниках.

За три месяца тест сдали 110,5 тысячи женщин – это 65,7% от тех, кто воспользовался автоматическим направлением Депздрава. У скольких из них зафиксирован пониженный уровень АМГ, Оленев не уточнил.

Следующим этапом для них должна стать консультация в центрах женского здоровья, где при согласии пациентки она проходит обследование для получения помощи с использованием вспомогательных репродуктивных технологий. Бесплатно в клиниках столицы можно будет сделать криоконсервацию яйцеклеток/эмбрионов, хранить материал в течение нескольких лет и провести диагностику генетических отклонений у эмбрионов.

Также возможно направление на саму процедуру ЭКО в одну из московских медорганизаций. В проекте, уточнил Антон Оленев, участвуют ГКБ им. С.С. Юдина и НМИЦ акушерства, гинекологии и перинатологии им. В.И. Кулакова, а также клиники сети ГК «Мать и дитя».

Проект ДЗМ вызвал неоднозначную реакцию у профсообщества. Некоторые врачи указали на неинформативность теста АМГ в вопросе определения фертильности женщины, другие, наоборот, назвали такой подход клинически верным. Подробнее о дискуссии можно почитать в материале Vademecum «Под колпаком у антимюллерова». На конференции 12 декабря Антон Оленев частично ответил на вопросы врачей о целесообразности скрининга. Он считает, что важна не только медицинская составляющая проекта, но и «факт появления в мышлении пациентки» мысли о возможности/невозможности забеременеть.