«Врачей становится всё меньше из-за отсутствия достойных условий работы и проживания»

Студенчество

Максим Короленко начал с того, что сейчас в медуниверситет может пойти любой желающий (имеются в виду представители различных субкультур, которые выглядят по-другому: готы, эмо и др.), а требования к внешнему виду врача должны быть высокие, считает он.

«Почему мне захотелось стать врачом – это даже в первую очередь внешний вид служителей этой профессии. Раньше врачи ходили всегда в чистом и белом, аккуратно одетые, в белых колпаках. Это по-настоящему вызывало уважение», — рассказал врач.

Кроме того, он считает, что многие студенты-медики не осознают, на что идут, не имеют жизненных целей и приоритетов.

Из 32-х человек, учившихся с Максимом Короленко в медучилище, окончили его только 16, в медицине остались девять, а профильными врачами стали только трое.

«И это все происходит из-за отсутствия достойных условий, которые позволили бы специалисту переехать и проживать в среднем достатке (несмотря на положительную оценку данных программ и привлечение молодежи). И я с этим столкнулся лично», — рассказал акушер-гинеколог.

Поменялась медицина и отношение к ней

Максим Короленко рассказал, что со временем отношение к медицине немного изменилось, пропали розовые очки.

«Нет тех вещей, которые нравились мне ранее. Когда я начинал свой путь, то верил, что медицина — это чудо, что все изменится в лучшую сторону. Но пока я вижу обратное.

До сих пор обидно за ситуацию в современном здравоохранении. Многие вещи, выработанные в практике и теории ранее и приносившие результат, были забыты и уничтожены. А сейчас к ним пытаются вернуться. Нет никакой необходимости безоглядно следовать тем принципам, просто надо соблюдать преемственность.

А еще, медицина в разумной степени должна быть консервативна. Например, ни один хирург, не умея работать в полостном доступе, не должен осваивать лапароскопические методы лечения», — рассказал доктор.

Основные проблемы в медицине

Одной из основных проблема в медицине Максим Короленко считает отмену интернатуры, так как она была своего рода проверкой на профпригодность.

«Интернатура всегда являлась промежуточным этапом между окончанием вуза и становлением врача. На мой взгляд, это серьезная утрата, ведь теоретическая медицина разнится в разы с практической медициной. Я еще не встречал ни одного случая заболевания, которое протекало бы «по книжке».

Теперь что? После вуза все выходят терапевтами и педиатрами, независимо от опыта и знаний. Многие из них сталкивались только с теорией, получили диплом – пошли работать. Кто не хочет сдавать экзамен в ординатуру, сразу после окончания университета могут начать работать в поликлиниках и амбулаториях.

Отчасти такая система введена для восполнения недостатка врачей первичного звена, которых сейчас очень не хватает – далеко не каждый хочет идти в терапевты», — добавил он.

Вторая важная проблема в медицине – это нехватка кадров

Врач отметил, что его задевает ситуация с отсутствием определенных специалистов в муниципалитетах: где-то не хватает анестезиологов, где-то нет хирургов, гинекологов и других. Это чревато снижением операционной активности, поздней диагностикой болезни, тяжелому процессу лечения для пациента.

Третья проблема – простой техники. Районные больницы не стремятся полностью использовать имеющуюся техническую базу. Их руководство ежегодно отчитывается о приобретении той или иной техники, но все равно пациентов привозят на лечение в областную.

«По моему мнению, минимальные требования к техническому оснащению соблюдаются всеми больницами, но основная проблема остается – это непокрытие учреждений качественными специалистами и нехватка врачей ключевых направлений», — рассказал врач.

Профессиональное выгорание

Максим Короленко отметил, что ему не приходилось сталкиваться с профессиональным выгоранием.

«Я всегда стремился быть лучше и узнать больше. Плох тот рядовой, который не хочет стать генералом.

Для меня всегда было важным участие в жизни пациента. Поначалу я не представлял себя в чем-то другом, кроме акушерской деятельности – и в течение одного года в роддоме принял более 100 родов. Потом пришло осознание, что мне все-таки хочется оперировать, я ушел в оперирующую гинекологию. И попал в областную клиническую больницу. Это интересно – развиваться, получать новые навыки, это развитие, которое не даст мне разочароваться в деле моей жизни», — поделился доктор.

Отношение к работе

Сегодня на отношение к работе, по мнению врача, влияет отношение родственников больных к установленным правилам и просьбам.

«Вот ты спасаешь человеку жизнь, а к нему приходят родные, заведомо нарушая все установленные правила, а иногда и неосознанно угрожая здоровью человека после тяжелой операции. Делаешь замечание – посылают куда подальше.

Это, безусловно, влияет на настрой, на желание работать. Мне повезло с характером — я пойду на все, чтобы решить проблему», — рассказал акушер-гинеколог.

Медицина тогда и сейчас

Раньше слово «медицина» вызывало у людей уважение, сейчас же лицо врачей дискредитировано. Даже есть люди, которые нашли возможность «наживаться» на врачах, посещая терапевта, к примеру, а потом обвиняя его в несоблюдении протоколов лечения и получая компенсацию за «некачественно оказанную услугу» или за «моральный ущерб».

И часто такие ситуации безвыходные, не хватает фактической базы для опровержения слов пациента, хоть мы и понимаем, что это наглая ложь.

Как помочь современной медицине

Максим Короленко считает, что помочь современной медицине может профориентационный отбор в школе. Следует набирать учеников в профилирующие классы (например, с углубленным изучением тех предметов, которые окажутся полезными для медиков). Возможно, стоит задуматься о сестринской и абитуриентской практике, чтобы люди понимали, куда и зачем они идут. И чтобы не было разворотов на середине жизненного пути. Должна быть всегда объективная оценка знаний и умений, никаких поблажек. Только в таком случае специалисты будут больше знать