Вероника Скворцова: «Оснований для пессимизма нет»

Минздрав добьется ужесточения ответственности за нападения на медиков, зарплаты в отрасли продолжат расти, сокращения врачей прекратятся, а на любые «перекосы на местах» будет незамедлительная реакция – главное, сообщить об этом «наверх», пусть даже анонимно. Министр здравоохранения Вероника Скворцова ответила на вопросы лауреатов премии Национальной медицинской палаты.

В среду в Москве прошло расширенное заседание  Национальной медицинской палаты России (НМП), начавшееся с объявления победителей третьей ежегодной премии Палаты за вклад в развитие российского здравоохранения и повышение уважения к профессии врача. В этом году в конкурсе по 10 номинациям приняли участие более 350 соискателей из 70 регионов России. «Наша премия не только отмечает лучших работников и организации сферы здравоохранения, но и поднимает целый комплекс важных для отрасли вопросов, которые можно решать только совместными усилиями общественных профессиональных организаций, власти и СМИ», – отметил президент НМП Леонид Рошаль. После церемонии награждения лауреаты получили возможность задать вопросы министру здравоохранения Веронике Скворцовой.

О защите врачей от насилия

Первый вопрос касался многострадальной темы защиты медиков от насилия.  Законопроект об ужесточении наказания за нападения на медработников уже прошел стадию общественного обсуждения и находится на согласовании с заинтересованными ведомствами, сообщила Скворцова. По ее словам Минздрав настаивает на внесение соответствующих изменений в Уголовный кодекс, поскольку «если при исполнении медицинского работника обидели, то не только его обидели, а тех больных, которым в этот момент не оказана была помощь».

Чаще всего насилию подвергаются  «врачи первого контакта»: бригад скорой помощи, сотрудников приемных отделений, рассказала Скворцова. Изменения предлагаются в статью УК «Нападение на представителей госвласти», к которым относятся, в частности, и полицейские. «Там есть отдельная норма: если на представителя госвласти при исполнении подняли руку, то независимо от того, какой степени повреждение, – десять лет за решеткой», – привела пример министр. 

 О финансировании отрасли

Министр не согласилась с тем, что отрасль испытывает дефицит финансирования. «За последние 10 лет у нас денег в системе здравоохранения увеличилось существенно… Надо правду говорить, в несколько раз», – заявила Скворцова. По ее словам, это связано с ростом ВВП, хотя финансирование здравоохранения растет «непропорционально с ВВП страны».  «Тем не менее, 80% средств на медпомощь защищены во внебюджетном фонде ОМС, это наша палочка-выручалочка, которая не подлежит секвестру. Там сейчас почти два триллиона рублей, это огромная сумма», – сообщила министр.

По словам Скворцовой, несмотря на сложную экономическую ситуацию в стране, Минздраву удалось «выдержать бой» и расширить перечень ЖНВЛП. В том числе, в этот перечень были внесены 14 уникальных зарубежных препаратов, аналогов которых нет в России. В ответ на уточняющий вопрос о перспективах финансирования научных медицинских исследований и инноваций, министр сообщила, что деньги на это есть, хотя и «небольшие». Это и гранты для «талантов на местах», которые выплачивает, в частности Российский фонд научных исследований, и целевые средства на «чисто научные направления» самого Минздрава.

Скворцова напомнила недавнюю историю, когда в 90-х годах российские медики месяцами не получали зарплату, а Валентина Матвиенко (спикер Совета Федерации, а тогда социальный вице-премьер) рыдала у губернаторов, призывая их найти на это деньги. «У страны есть разные периоды, и сейчас период не плохой, но напряженный, – считает министр. – … Нет оснований для пессимизма. У нас ничего не отнимают. Хотя, конечно, мы хотим развития». По словам Скворцовой, все мы граждане страны, и «надо пережить этот непростой период вместе со страной и все будет хорошо».

О зарплатах и новых сокращениях  

Не разделяет Скворцова и опасения медиков по поводу того, какими средствами будут достигаться требования майских указов президента – не приведет ли это к новой волне «оптимизации» и сокращения штатов.  (В соответствии с этими указами, в 2017-2018 году продолжится повышение зарплаты врачей, которая к 2018 году должна быть вдвое выше средней по региону). «Нет, не приведет. Разговоры такие были, естественно, и были специальные межведомственные совещания, где принимали участие и ведомства финансово-экономического блока.  Мы отстояли свою кадровую линейку и по врачам, и по среднему и младшему персоналу», – заявила Скворцова.

По ее словам, уже в этом году зарплата медиков была «существенно повышена», и у министерства есть ресурсы, чтобы продолжить ее плановый рост и в следующем году. Проблема в другом, отмечает министр – в действующей в стране системе оплаты труда бюджетников, при которой практически весь фонд заработной платы находится в ведении администрации ЛПУ.

«Впервые мы столкнулись с проблемами в 2012-2013 годах, – рассказала Скворцова. – Мы получали позитивные сводки из регионов и шквал жалоб одновременно. Нам присылали квитки, копии квитков, где базовый оклад – 4,5 тысячи рублей. Мы провели скрининг жесткий по всем регионам, и оказалось, что величина базового оклада в заработной плате в большинстве регионов составляла менее 20%, а остальное – разные компенсации и премиальные. И на местах этим очень многие злоупотребляли».

Тогда же министерство рекомендовало увеличить долю базового оклада в структуре зарплаты до 55-60%, и многие регионы это сделали еще в 2013 году. «А есть регионы, которые не вышли на это до сих пор, – посетовала министр. – Но я не могу снимать руководителей муниципальных учреждений – у нас нет такой вертикальной системы, как у Минобороны». При этом у ведомства налажены контакты с губернаторами, и это помогает справляться с злоупотреблениями, рассказала она. «Дайте мне наводки, конкретные примеры, которые можно проверить. Можно анонимно, не называя себя. Мы сейчас реагируем на каждый подобный сигнал», – заверила министр. И тут же уточнила, что ведомство не практикует «карательных мер», а проводит с недобросовестными руководителями «мастер-классы».

О ликвидации муниципального здравоохранения

Тему злоупотреблений на местах министр продолжила, отвечая на вопрос о ликвидации муниципального здравоохранения.  «Раньше мы могли наблюдать во время проверок такую картину – в маленьком городке стоит больница, финансирование которой составляет 60% от бюджета этого городка. Главврачом этой больницы является родственник мэра, или родственник родственника, или просто хороший знакомый, — рассказала  Скворцова. – У этого главврача есть еще 9 заместителей. И 40% фонда зарплаты они делят между собой. При этом у учреждения огромная кредиторская задолженность, а склады заполнены лекарствами – из-за того, что закупается не то, что нужно пациентам, а то, о чем договорились с поставщиками. Это то, с чего мы стартовали. Сейчас такого безобразия нет. Это к вопросу передачи муниципального здравоохранения на региональный уровень».

Впрочем, антикоррупционные соображения в этом вопросе не были основными. По словам Скворцовой, здравоохранение не может быть муниципальным в принципе. «Проще управлять всем субъектом сразу, – пояснила она. – Тем более, что мы сейчас выстраиваем трехуровневую систему оказания медпомощи. Уже есть второй уровень – межмуниципальные центры, в которых развернута экстренная лабораторная служба, хирургия, кардиология. Межрегиональные сосудистые центры. Понимая, как сложно достичь одинакового уровня по всей стране, мы так размещали эти центры, чтобы можно было довозить до них человека в течение часа. А муниципальные обязанности заключаются в том, чтобы обеспечить для этого условия».

 О тарифах, КСГ и медико-экономических стандартах

Тарифы на сельскую медицину пересматриваться не будут – огорчила министр победителя в номинации «Земский доктор», пожаловавшегося на несправедливо низкие тарифы при большой затратности, в том числе, на доставку больных. «Не может кардиоцентр лечить по тарифам районной больницы, – объяснила Скворцова. –  Сегодня тарифная поликлиника устроена на основе 500 клинико-статистических групп (КСГ), объединяющих сходные по затратам заболевания. Стоимость каждой КСГ просчитана на основе медико-экономических стандартов».

Не согласилась  Скворцова и с тем, что эти стандарты должны быть заменены клиническими рекомендациями. «Стандартами нельзя пользоваться при оценке качества и эффективности работы врача, фактически это прейскурант, но это важный прейскурант, –  объяснила министр. –  Только он позволяет нам показывать  руководству страны реальную стоимость того, что мы делаем. Когда мы видим несоответствие между тем, что нужно на те объемы помощи, которую мы оказываем, и тем, что мы получаем, то понимаем, что это несоответствие будет погашено за счет медработников, их заработной платы. И если бы не было стандартов и механизмов подсчета на их основе программы госгарантий, мы бы никогда никому ничего не доказали».