В Чите врачей двух клиник будут судить из-за смерти двухлетнего ребенка после лечения четырнадцати молочных зубов
По версии следствия, в ноябре 2021 года родители двухлетнего мальчика обратились в «Клиника Медикс» для лечении зубов. Врач анестезиолог-реаниматолог клиники принял решение о лечении под наркозом, проигнорировав представленные анализы малолетнего пациента, а также жалобы на кашель. Как утверждают в СК, врач, преследуя цель получения материальной выгоды, не направил пациента на консультации педиатра, невролога и других специалистов.
Эксперты предполагают, что у мальчика было острое воспаление верхних дыхательных путей, однако за сутки до лечения зубов ребенка осматривал педиатр, который дал заключение о том, что пациент здоров.
Ребёнку было проведено лечение 14 молочных зубов под общим наркозом в течение пяти часов. Анестезиолог-реаниматолог несколько раз выполнял интубирование, и, согласно выводам эксперта, в ходе интубации была повреждена гортань ребенка (характер повреждения не уточняется). Стоит отметить, что заключение было сделано в том числе на основе видеозаписи с камер наблюдения, находящихся в операционной. Повреждение не было зафиксировано в ходе следующей интубации врачами другого медучреждения, а также не описано по результатам вскрытия.
После лечения мальчик был переведён в палату пробуждения, где за ним не было организовано необходимое врачебное наблюдение. Через 25-30 минут после пробуждения у ребенка развился ларингоспазм, который тут же купировали лекарственными препаратами. Учитывая наличие в клиническом анализе крови повышенной до 19 мм/ч СОЭ и отсутствие положительного эффекта на фоне введения глюкокортикостероидов, эксперты пришли к выводу, что ларингоспазм был не аллергический, а инфекционно-травматический.
Вскоре приступ повторился, его вновь купировали. В клинику была вызвана реанимационная бригада, ребенка направили в ГУЗ «Краевая клиническая инфекционная больница». Здесь, как утверждают в СК, анестезиолог-реаниматолог проигнорировала признаки, указывающие на необходимость экстренной госпитализации, ограничилась назначением медицинского препарата — мальчик на протяжении 5 часов наблюдали в условиях приемного покоя. По показаниям свидетелей, ребенок был бодр, ходил по приемному отделению, ел банан.
Ближе к ночи приступ ларингоспазма снова повторился, пациента госпитализировали в реанимационное отделение, где после неэффективного купирования спазма была выполнена интубация, ребенок был подключен к аппарату ИВЛ. За три дня до этого этот аппарат не прошел поверку инженерами, его эксплуатация была запрещена.
Через сутки у пациента развилась острая аноксия, еще через несколько дней наступила смерть головного мозга и спустя неделю ребенок умер.
Стоит также отметить, что, по версии СК, анстезиолог-реаниматолог частной клиники умышленно оказывал некачественную медицинскую помощь, предвидя при этом осложнения в виде аноксии головного мозга, почечной и печеночной недостаточности, сердечной недостаточности и смерти.
