Цзя Сяоминь: «Во время эпидемии нам удалось сохранить весь персонал врачей и медсестер»

Китайские врачи в ходе круглого стола «Российский и китайский опыт лечения COVID-19» вместе с российскими врачами и исследователями проанализировали свой клинический и организационный опыт, связанный с диагностикой, госпитализацией и планом лечения больных с COVID-19 тяжелой и средней тяжести. Круглый стол состоялся на портале повышения квалификации врачей MedX.pro при поддержке биотехнологической компании BIOCAD. Круглый стол состоялся в рамках первого общедоступного электронного курса, посвященного методикам и подходам лечения пациентов с COVID-19.

На круглом столе, который проходил онлайн, вместе с профессором Цзя Сяоминь из больницы Медицинского университета Сюйчжоу и доцентом Ли Хайцюань, директором инфекционного отделения первой больницы Уханя работали Галина Лукина, руководитель отдела ревматологии ГБУЗ «Московский клинический научно-практический центр имени А.С. Логинова ДЗМ», профессор Андрей Буланов, главный внештатный специалист-трансфузиолог, заведующий отделением выездной реанимационной гематологической бригады ГБУЗ «Городская клиническая больница №52 Департамента здравоохранения города Москвы», Гульсара Баймаканова, заведующая отделением пульмонологии ГБУЗ «Московский клинический научно-практический центр имени А.С. Логинова ДЗМ», Галина Дудина, заведующая отделением гематологии ГБУЗ «Московский клинический научно-практический центр имени А.С. Логинова ДЗМ».

Цзя Сяоминь рассказал, как была организована работа в многопрофильной больнице второго уровня в городе Ухань, где он руководил отделением респираторной и стимулирующей помощи. С 23 января по 14 марта в больнице лечились 515 человек, с которыми работали 300 врачей и медсестер. При диагностике соблюдался основной принцип: пациенты оставались в больнице при положительном результате теста и в том случае, когда тест не подтверждал наличия коронавируса, но у посетителей была повышенная температура. Последних селили в общежитие при больнице, и они находились под наблюдением врачей.

«Изначально наша больница не являлась инфекционной, поэтому приходилось менять ее работу, нормативы и подходы, — рассказал Цзя Сяоминь. — мы очень серьезно отнеслись к дезинфекции и вентиляции воздуха. Мы делили пространство госпиталя на зоны заражения, потенциального заражения и стерильные. Провели маркировку, чтобы все ходили правильно и не разносили вирус по больнице».

Особое внимание российских слушателей вызвал тот факт, что за 51 день работы больницы в инфекционном режиме, коллектив не потерял ни одного своего врача или работника больницы. «Для нас было важно сохранить наш медицинский персонал. Мы к этой задаче отнеслись со всей серьезностью, поэтому проводили различные мероприятия, тренинги для всех сотрудников, как для врачей и сестер, так и для административного персонала. После тренингов мы проводили зачеты и опросы, показывали различные ролики, чтобы они полностью и четко понимали, зачем это нужно делать. Врачи жили в гостинице на территории больницы по одному человеку в номере. Средства защиты у каждого были в полном объеме. Кстати, обязательным требованием стало не пользоваться мобильным телефоном во время работы. А если уcтройство все-таки использовалось, его нужно было срочно продезинфицировать», — добавил эксперт.

Директор инфекционного отделения первой больницы Уханя Ли Хайцюань, рассказал о работе коллег по выявлению, подробному описанию и классификации клинических проявлений, симптомов, методов и средств лечения. Повышенная температура, респираторная недостаточность, специфическое состояние крови являлись основными симптомами заболевания. «Общее лечение стационарных больных заключалось в стандартном противовирусном лечении, мониторинге состояния больного, контроль его режима крови, с-реактивного белка, биохимических показателей. Необходимо было проанализировать как происходит функция коагуляции, анализ газов артериальной крови, оксигенация, кислородная терапия, прием препаратов. Требовалась также противомикробная терапия, но запрещалось использовать более трех антибиотиков. В соответствии с этой схемой мы проводили лечение, прежде всего тех, у кого подтвержден диагноз, определяли их состояние и проводили максимально удаленное лечение, чтобы медицинский персонал соприкасался с больными как можно реже».

После выступлений китайских ученых-врачей, ситуацию с коронавирусом прокомментировали российские участники круглого стола, в частности, было отмечено, что за время, которое прошло с момента появления первого пациента с вирусной инфекцией до середины мая, изменилась парадигма терапии. Российские врачи стали отходить от практики немедленного переведения пациента на ИВЛ, предпочитали искать медикаментозные способы, способные удержать пациента от искусственной вентиляции легких. При ИВЛ кислород, который добавляется искусственным путем, не всегда может быть утилизирован включением анаэробного гликолиза. В частности, много говорили об эффективности американского препарата с МНН тоцилизумаб и российского левилимаба (производство компании BIOCAD). В ходе дискуссии российские врачи обсудили с китайскими коллегами, что отечественный препарат в скором времени способен заменить иностранный ингибитор, он также направлен на борьбу с цикотиновым штормом и сегодня проходит клинические испытания в 17 медицинских центрах страны, в том числе, в Москве, Уфе, Санкт-Петербурге и Республике Дагестан.

Напомним, что левилимаб — отечественный оригинальный ингибитор рецептора ИЛ-6. Государственную регистрацию в рамках процедуры, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 03.04.2020 № 441, препарат получает в связи с тем, что механизм его действия связан с управлением цитокиновым штормом, являющимся одним из грозных проявлений коронавирусной инфекции. Согласно временным методическим рекомендациям о профилактике, диагностике и лечению COVID-19 Минздрава России, смертность при COVID-19 ассоциирована, в том числе, с повышением уровня интерлейкина-6. Ряд ингибиторов рецепторов интерлейкина-6 широко используются для лечения ревматоидного артрита, среди которых тоцилизумаб и сарилумаб.