«Сколько ребёнок прожил? — Меньше семи суток. — А зачем регистрировали?»
Предположительно речь идёт о том, что в процессе родов ребёнка сочли неперспективным и “занизили” ему вес в 470 граммов, при том, что он родился более 500. Впоследствии он умер и нужно было решить, как теперь оформить ребёнка, потому как кто-то из врачей указал в документации его реальный вес — 700 граммов.
Приводим отрывок разговора.
АБ: Когда ребеночка привезли на вскрытие, стал весить 1000 граммов…
ПЗ: А сколько он прожил?
АБ: Он прожил двое суток. И вот Костя Бекеев (Константин Бекеев — завотделением детской реанимации), приехав на вскрытие, не сказал акушерам-гинекологам о том, что ребеночка перевзвесили.
ПЗ: А как такое могло получиться? Они же его каждый день взвешивали там…
АБ: Как говорит «Курито» (прим: Нателла Землянская, главный неонатолог РО), якобы, они его сразу же там взвесили на второй день, и он весил 700 граммов. Но «Курито», конечно же, врёт.
ПЗ: Как это? 470 и 700? Он отек что ли или они его чем-то «нафаршировали» ?
АБ: Они взвесили ребеночка, увидели, что он весит 700 граммов, и на этом душа их успокоилась. Они об этом никому не сказали. А потом через два дня ребеночек поехал «лечиться» к Нине Алексеевне Миханошиной (прим. —патологоанатом Ростовского патологоанатомического бюро), которая тоже замечательно взвесила этого ребеночка и обнаружила, что он вообще весит 1000 граммов… Ну ладно, хорошо, может, с весами была проблема или действительно нафаршировали того ребеночка лекарственными препаратами.
ПЗ: Да не, ну перестаньте. Ну чем они могли его нафаршировать?
АБ: Я просто вам говорю. Сейчас лежит эта «светлая» история в РОПАБе, где мы его взвесили 450 граммов, а они его намеряли по-другому.
ПЗ: Ну вот верьте…
АБ: Это случайно. Мне Сашка приносит отчет, где написано «три мертворожденных». Я говорю: «Саш, откуда три? У нас зарегистрирован один. Давай сверим пофамильно. Но два (новорожденных) — менее 500 граммов». Я говорю: «они не идут в мертворождение. А умерших у тебя?» Он говорит: «Менее 500 граммов — вот этот». Я начинаю выяснять и понимаю, что там срок 23 недели. Я задаю единственный правильный вопрос: «Сколько дней прожил ребенок?» — «Меньше семи суток» — «А зачем вы его регистрировали?» Саша говорит: «Я не знаю, они там его что-то перевзвесили … Нателла там что-то решала, что-то делала… В районе спины начинается шелушение». Я понимаю, что сейчас начнется жара. Я звоню Нателле Владимировне, говорю: «Нателла Владимировна, есть какие-то разумные пояснения происходящему?»
Полную расшифровку аудио можно почитать на сайте «Ростов.Блокнот».
Напомним, что ещё в середине января бывший главный акушер-гинеколог Ростовской области Ирина Буштырева рассказала о том, как в регионе решился вопрос со статистикой младенческой смертности, публично продемонстрировав переписку с бывшим министром здравоохранения региона.
По словам Буштыревой, экс-министр здравоохранения Татьяна Быковская запретила переводить в перинатальный центр детей, рождённых до 26 недели, и распорядилась оставлять их в местных роддомах без медицинской помощи, а потом оформлять как мертворождённых. По подсчётам Буштыревой, из документов, касающихся родовспоможения области, таким образом исчезли около 100 младенцев.
Благодаря этим методам с 2018 года удалось «снизить» младенческую смертность до среднероссийского уровня и тем самым вывести область из аутсайдеров по этому показателю.
