Российские ученые объяснили разное влияние прилагательных на эмоции людей

Индивидуальный опыт представляет собой знания, которым мы обучаемся на протяжении своей жизни, храним в памяти и используем по мере необходимости. В ходе биологического и социокультурного развития людей и животных происходит дифференциация (усложнение структуры) знаний, которая позволяет индивиду взаимодействовать со средой (в том числе социокультурной) более разнообразно и более сложными способами (сравните, например, возможности взаимодействия со средой у взрослых и детей). При этом использование слов — это тоже знание, знание о том, что, кому и как сказать, чтобы достичь нужных результатов.

На основании исследований эмбрионального развития млекопитающих было известно, что возможность взаимодействовать со средой с помощью зрения появляется позже, чем с помощью слуха. Раньше всего у животных формируется кожная чувствительность. Вкус и обоняние также относятся к рано формируемым типам ощущений.

Ожидалось, что различия в структурах этих типов знаний будут проявляться в разнообразии имеющихся в языке средств для описания поведения, связанного с использованием разных органов чувств.

Для проверки предположения были проведены психолингвистические исследования, результаты которых стали основой словаря «Органы чувств, эмоции и прилагательные русского языка» (авторы Колбенева М.Г. и Александров Ю.И.), в котором приводятся данные о связи прилагательных с различными органами чувств.

Было, в частности, обнаружено, что прилагательных, описывающих зрительные ощущения, в несколько раз больше, чем прилагательных, описывающих все остальные ощущения.

Это указывало на ожидаемое различие в сложности структур знаний, связанных с различными органами чувств.

На основе этих данных были отобраны прилагательные, преимущественно связанные со зрительными ощущениями, звуками, запахами, вкусовыми ощущениями и ощущениями кожи тела и рук. Во многих исследованиях было показано, что эмоции, как правило, тем сильнее, чем менее дифференцировано то поведение, при котором они появляются.

Опираясь на предложенную профессором Юрием Александровым единую концепцию сознания и эмоций, было выдвинуто предположение о том, что рано формируемое знание характеризуется более интенсивными эмоциями, чем те знания, которые приобретаются на более поздних этапах развития. Для проверки данного предположения в лаборатории при поддержке Российского научного фонда был проведен ряд психологических исследований, результаты которых опубликованы в 2016 году в международном мультидисциплинарном научном журнале PLOS One.

В этом исследовании людям предлагали представить, как они ощущают, например, лимонный вкус, черемуховый запах, трогают гладкий объект, слышат оглушающий звук или видят круглый объект. Их просили оценить, насколько им при этом приятно или неприятно (по шкале от –3 до +3), нажав одну из семи соответствующих кнопок для ответа.

Каждому человеку предлагали представить 600 подобных ситуаций. У некоторых участников исследования при этом регистрировали кожно-гальваническую реакцию (электродермальную активность, которая измеряется в детекторах «лжи»), чтобы оценить, действительно ли они испытывают эмоции при таком воображаемом поведении. Как показано во многих исследованиях, возникновение эмоций сопровождается изменениями электродермальной активности.

В публикации ученые привели таблицу, в которой прилагательные ранжированы в зависимости от того, насколько сильные положительные или отрицательные эмоции они вызывают. Так, более всего нашему слуху приятны слова аппетитный, лесной (относящиеся к обонянию), вкусный, кондитерский и фруктовый (относящиеся одновременно к обонянию и вкусовым ощущениям), апельсиновый и цветущий (относящиеся одновременно к зрению и обонянию), а также земляничный и малиновый (которые сразу относятся и к обонянию, и к зрению, и к вкусу).

А самыми неприятными, что вполне ожидаемо, стали прилагательные: гнилой, перегарный, потный, разлагающийся, тошнотный, туалетный.

Также есть и прилагательные, почти не вызывающие эмоций. Среди них: щенячий, розмаринный, одуряющий, одеколонный, можжевеловый, ментоловый, мясной, шампанский. Интересно, что прилагательным, не вызывающим эмоций совсем, стало лишь одно слово — «бобовый».

Несмотря на сильные индивидуальные различия, ситуациями, вызывающими самые приятные ощущения, оказались, например, воображаемое вдыхание лесного, малинового и кондитерского запаха, а самым неприятным оказалось воображаемое вдыхание гнилого, потного и тухлого запахов.

В целом учеными было показано, что воображаемое поведение, связанное с запахами, вкусами и ощущениями, получаемыми через кожу тела, вызывает у людей более интенсивные эмоции (как положительные, так и отрицательные), чем поведение, связанное с различными зрительными ощущениями, звуками и теми ощущениями, которые могут быть получены при ощупывании объектов.

Было также обнаружено, что люди быстро могут представить, как они вдыхают запах или чувствуют вкус, а на представление звуков, кожных и зрительных ощущений требуется значительно больше времени.

Эти различия во времени оценки и интенсивности переживаемых эмоций подтвердили гипотезу о том, что структура знания, связанного с запахами, вкусами и ощущениями, получаемыми через кожу тела, является более простой, чем структура знания, связанного со зрительными ощущениями, звуками и теми ощущениями, которые могут быть получены при ощупывании объектов.

Кроме того, других участников исследования просили оценить возраст понимания тех прилагательных, которые использовались для описания вышеприведенного поведения. Фактически каждого из участников исследования просили указать, когда, по его мнению, он начал понимать то или иное прилагательное (даже если еще не мог говорить это слово), выбрав один из семи интервалов от 0–2 года до 13 лет и старше.

Сопоставив возраст понимания прилагательных с тем, как оценивалось описанное с помощью этих прилагательных поведение по шкале приятно-неприятно, и тем, сколько времени требовалось на эту оценку, обнаружилось, что, чем раньше прилагательное начинает пониматься, тем быстрее оценивается соответствующее поведение и тем более интенсивные (а также более приятные) эмоции оно вызывает.

Этот результат фактически означал, что рано формируемое поведение (описываемое рано понимаемыми прилагательными) быстрее может быть реализовано в воображении и вызывает более интенсивные эмоции.

Полученное знание о структуре индивидуального опыта отвечает на общий вопрос о механизмах развития, и оно будет иметь большое теоретическое значение для когнитивных наук и для практики, в том числе педагогической.

Описанная работа, поддержанная грантом Российского научного фонда (РНФ), составляет только часть большого проекта, поддержанного РНФ. Ученым еще предстоит изучить особенности структуры опыта у людей, страдающих хронической головной болью, чтобы узнать, как патология меняет эту структуру. Также начаты исследования с привлечением людей и животных, которые позволят показать, как усложняется (дифференцируется) структура их опыта при обучении новым навыкам, какие биохимические процессы при этом происходят, как изменяется активность нейронов в различных структурах мозга.

В рамках проекта у детей разного возраста будут исследованы закономерности этапов дифференциации нравственного поведения по отношению к разным живым существам и людям различных социальных групп. С помощью компьютерного моделирования будут изучены процессы формирования и взаимодействия элементов опыта разной степени дифференциации. Также в ходе проекта будут описаны характеристики обратимой «дедифференциации», возникающей в стрессовых ситуациях, а также при решении сенсомоторных задач и моральных дилемм на фоне острой алкогольной интоксикации.

Материал подготовлен в сотрудничестве с проектом Indicator.Ru.