Родители, требующие 8 млн рублей за «врачебную ошибку», возмутились тем, что больница проводит платные судмедэкспертизы
Сообщается, что в январе 2018 года в соматическое отделение детской горбольницы Анапы поступил трехмесячный мальчик. В дальнейшем ему был диагностирован острый гематогенный остеомиелит проксимального метаэпифиза правой бедренной кости. Однако диагноз ребенку был установлен не сразу. В обвинительном акте говорится, что «врач-педиатр ненадлежащим образом оценила тяжесть состояния ребенка, имевшуюся у него симптоматику и клинико-лабораторную картину, не назначила необходимую в данном случае антибактериальную терапию и хирургическое лечение, после чего в медицинской карте стационарного больного зафиксировала неправильный диагноз».
Согласно заключению медицинской экспертизы, именно из-за халатности мальчику «был причинен тяжкий вред здоровью, опасный для жизни». Ребенку уже выполнено семь операций, в дальнейшем, по словам отца, потребуются повторные вмешательства.
После уголовных разбирательств доктор была вынуждена покинуть свой пост в Детской горбольнице Анапы, а родители ребенка-инвалида подали в суд уже гражданский иск — о возмещении морального и материального вреда.
Ответчиками выступают Городская больница Анапы, Министерство здравоохранения Краснодарского края и сама педиатр. Изначально сумму истцы запросили в размере около 4 млн рублей. В ходе разбирательства были назначены еще две судебно-медицинские экспертизы — уже третья и четвертая.
«Насколько я знаю, все эти экспертизы платные, каждая стоит порядка 200 тысяч рублей. То есть, они же из бюджета больницы эти деньги потратили на экспертизы. А сколько на эти средства можно было приобрести оборудования для детей-инвалидов, сколько провести операций!», — заявил истец.
Тем временем, накануне стало известно, что Краснодарский краевой суд поддержал апелляционную жалобу прокурора Анапы на решение городского суда в части увеличения выплат морального вреда ребенку. Сумма иска была увеличена вдвое — до 8,2 млн. Ходатайствовать об этом, по словам отца пострадавшего ребенка, побудили дополнительные «тяжелые моральные и нравственные страдания». Причиной для них стало то, что «педиатр так и не признала свою вину, ставила под сомнение само присвоение мальчику инвалидности и вообще не настроена к компромиссному решению».
