Плацебо доставляет удовольствие

Почти каждое медицинское исследование с испытанием какого-нибудь потенциального лекарственного средства проводится с использованием плацебо. Что это такое, знают все: человеку дают «пустышку», то есть что-то нейтральное и бесполезное под видом лекарства, а он в силу неких психофизиологических процессов чувствует от неё облегчение.

Хотя плацебо применяется в самых разных исследованиях, играя везде примерно одну роль, строго говоря, настоящее плацебо проявляет себя тогда, когда нужно снять боль, тревогу, тошноту, депрессию и т. п. То есть плацебо устраняет негативные симптомы. Однако, как выяснили исследователи из Академии Сальгренска при Гётеборгском университете (Швеция) и Университета Осло (Норвегия), «пустышка» может не только устранять «негатив», но и усиливать «позитив». Опыты Дана-Микаэля Эллингсена и его коллег показали, что плацебо способно интенсифицировать ощущения удовольствия и счастья.

Для начала учёные показывали участникам эксперимента видео, в котором рассказывалось о свойствах нейропептида окситоцина: мол, тот облегчает боль и повышает удовольствие от приятных прикосновений. После этого человек с помощью спрея впрыскивал себе в нос раствор, в котором, как ему сказали, содержался окситоцин. Окситоцина там, однако, не было, то есть это было плацебо. После этого испытуемым устраивали сеанс приятных и болезненных прикосновений (в последнем случае использовался нагретый до 47 ˚C термодатчик).

В журнале PNAS исследователи сообщают, что использование плацебо усиливало сенсорную активность во время приятных ощущений и ослабляло её при неприятных прикосновениях. И это вполне совпадало с субъективными впечатлениями подопытных. Но почему вдруг обезболивающее свойство плацебо оказалось подкреплено способностью стимулировать удовольствие? Учёные объясняют это тем, что мозговые системы, опосредующие то и другое, находятся в тесном взаимодействии: известно, что вещи, доставляющие нам удовольствие, от еды до музыки, могут отчасти снимать боль, и в то же время болевые ощущения лишают нас любого удовольствия. Можно вспомнить ещё и опиоиды, которые одновременно и боль снимают, и удовольствие доставляют.

Во всех плацебо-эффектах, по словам учёных, имеет место ожидание — того, что боль или какое другое неприятное ощущение ослабеет. То есть мозг ждёт своеобразной награды. А это значит, что тут задействована система подкрепления — комплекс нервных центров, отвечающих за удовольствие от вознаграждения и тому подобное. Действительно, обезболивание и ослабление тревожности при применении плацебо запускали в мозге те же системы, которые отвечают за эмоциональный ответ при получении награды.

В опыте с псевдоокситоцином использовалась фМРТ для слежения за активностью мозга. Это позволило понять, как ожидание влияло на нейронные структуры, анализирующие осязательные стимулы. Все раздражители, которые чувствуют кожные рецепторы, проходят потом один путь: осязательные области таламуса, затем первичный и вторичный соматосенсорные анализаторы и островковая кора. С помощью фМРТ удалось напрямую увидеть, как ожидающая активность в эмоциональных центрах подавляла болевую активность в соматосенсорной цепи, но при этом она повышала восприимчивость при приятном прикосновении в тех же самых соматосенсорных зонах. В обоих случаях это зависело от того, насколько плацебо синхронизировало активность вентромедиальной префронтальной коры и подкорковых структур: чем сильнее объединялись эти зоны, тем полнее реализовывалось ожидание, тем сильнее были оба эффекта плацебо.

То есть чем сильнее оказывался обезболивающий эффект плацебо, тем бόльшим было удовольствие от него, и проявление этих свойств зависело не только от того, как центры подкрепления и удовольствия влияли на соматосенсорные анализаторы, но и от того, насколько хорошо центры системы подкрепления были связаны между собой.

Эксперименты с плацебо обычно вызывают много вопросов в связи с тем, что в них легко запутаться в субъективных показаниях, которые дают разные люди. Чтобы избежать этого, исследователи проводили одних и тех же участников через оба варианта опыта — с плацебо и без него. Кроме того, в эксперименте участвовали две группы испытуемых, в одной из которых опыт с плацебо предшествовал опыту с не-плацебо, а в другой, наоборот, не-плацебо шло перед плацебо. Так можно было учесть «следовые» впечатления от каждого опыта.

Это первая работа, в которой исследовано «осчастливливающее» свойство плацебо, а потому, как и полагается первому в своём роде исследованию, после него остаётся множество вопросов. Например, зависит ли стимуляция удовольствия от тех же дофаминовых и опиоидных рецепторов, что и обезболивающий эффект плацебо? Может ли пресловутое ожидание удовольствия от плацебо само по себе становиться обезболивающим? Наконец, нельзя ли повысить эффективность анальгетиков, упоминая в инструкции к ним приятные ощущения, которое можно получить при приёме лекарства?

Как легко заметить, результаты экспериментов имеют не только общетеоретическое, но и вполне практическое значение; пофантазировав, можно представить, что в будущем плацебо заставит отступить даже наркотические вещества: нужно лишь правильным образом настроить собственные ожидания от препарата-«пустышки».

Подготовлено по материалам Medical Xpress. Изображение на заставке принадлежит Shutterstock.