«ОМС для «скорой помощи» — это настоящее крепостное право в современном варианте»

Пять лет назад, с 1 января 2013 года, скорая помощь перешла на финансирование из фонда системы обязательного медицинского страхования (ОМС). Разумеется, все нововведения были продиктованы исключительно благими намерениями – «…чтобы на всей территории России населению могла быть оказана квалифицированная медицинская помощь в полном объёме», и при этом благосостояние медиков неуклонно росло вверх.

Что из этого получилось на данный момент? – мнение фельдшера скорой помощи г. Железнодорожный Московской области, председателя независимого профсоюза фельдшеров скорой помощи «Фельдшер.ру» Дмитрия Белякова.

Прослойка между врачом и его зарплатой

— Всё ухудшилось. Однозначно, полный беспросвет. Появившаяся прослойка в виде страховой компании делает всё для того, чтобы срезать оплату вызовов, постоянно меняются правила оформления карт, штрафы страховая накладывает за каждую запятую, за любую мелочь. Страховым компаниям выгодно штрафовать, ведь сэкономленные деньги они направляют себе на премии.

Так скажем, ещё вчера нужно было писать букву «ё» с двумя точками сверху, а сегодня – уже без точек. Написал с точками? Штраф!

А что касается регламента оказания медпомощи, знаю одного врача-физиотерапевта, который работает проверяющим от страховой. Так вот этот человек, ни дня не проработавший на скорой, в экстренных условиях, на полном серьёзе указывает на «ошибки» в оказании реанимационных мероприятий и, более того, прописывает свои рекомендации.

Не поверите, но главная книга, на которую мы сейчас ориентируемся в работе, это… статистический справочник болезней! Не дай нам бог написать в графе диагноза туберкулёз, ДЦП или алкогольное опьянение — этот вызов оплачен не будет. Вот и выходим из положения, кто как может – вместо туберкулёза пишется «одышка», а вместо алкогольного опьянения – «гипертоническая болезнь». Статистика радостно рапортует о том, что в стране практически изживаются такие «пережитки прошлого» как туберкулёз и алкоголизм, а медики устало ждут, какие «новшества» приготовят им страховые компании завтра.

Кадровая беллетристика

— Зарплата выше не становится, как ни работай: ладно ещё в Москве, с нагрузкой 20 вызовов в смену зарплата фельдшера скорой составляет 50 тысяч рублей в месяц, но уже в Переславле-Залесском, в 140 км от Москвы, фельдшер, работая с той же нагрузкой, получит 15 тысяч.

При этом в Москве, в службе скорой помощи дичайшая текучка и бешеный недокомплект – от 20 до 30 % бригад не укомплектованы. 90 % работающих – иногородние, работающие на 1,5 ставки. Такая политика руководством поощряется. Удобно ведь, когда человек работает и молчит, боится потерять работу, несмотря на огромные нагрузки и постоянно меняющиеся «правила игры», потому что оброс кредитами и влез в ипотеку. Настоящее крепостное право в современном варианте.

Как можем, сопротивляемся данному положению вещей, организовали профсоюз «Фельдшер.ру», который объединяет медиков Москвы и Московской области – профсоюз маленький, но злой! Так сейчас начальство, когда задумывает сократить человека, заставляет его подписать бумажку о том, что он не является членом профсоюза. Было бы смешно, если бы так грустно не было…

Предел прочности

— Думаю, что ОМС для скорой – это крах. Всё пока держится только на людях, и вопрос времени — когда же закончится предел человеческой прочности? А люди устали, работа на скорой сейчас – это сизифов труд: мало того, что непродуктивный, так ещё и с пятикратным ускорением.

О медиков сейчас принято вытирать ноги, мы переведены в разряд обслуги, агрессивные пациенты нынче – практически норма жизни. Всё это происходит потому, что медицина сейчас ориентирована на деньги, тогда как раньше была ориентирована на пациента и врача. Если бы система страховой медицины была внедрена в СССР в 1937 году, то убеждён, в 1942 году Отечественную войну мы бы проиграли. И только тогда бы выяснилось, что контрольным пакетом акций страховых медицинских компаний владеет Гитлер. Печально и безрадостно, но пока вот как-то так…

Беседовала: Ольга Носырева