Запрет на продажу алкоголя в выходные дни по инициативе российского Минздрава – средство борьбы с пьянство или фактическое его поощрение? Врач и писатель Александр Тутов и журналист Анатолий Беднов – об изъянах запретительной политики.

Александр Тутов: Не хочется, но косвенно приходится быть защитником тех, кто употребляет алкогольные напитки. Потому что законы не работают на то, чтобы меньше приобретали алкоголя, а как раз на то, чтобы его покупали заранее.

Анатолий Беднов: — И в большем количестве. Не одну-две бутылки, а три-четыре – вдруг не хватит?

А.Т.: — Кроме того, что «не хватит», есть еще одна проблема – сколько «наливаек» появилось в Архангельске и Северодвинске. А это ведь неучтенный алкоголь.

А.Б.: — А еще – местный запрет продажи в дни последнего звонка, экзаменов, выпускного. Хотя все решается гораздо проще и в соответствии с законом – продавать алкоголь строго по предъявлении паспорта. Достаточно соблюдать существующие нормы о запрете продажи его несовершеннолетним. Зачем выдумывать дополнительные ограничения?

А.Т.: — Алкоголь, который продается через «наливайки» — непроверенный, неизвестно какой, возможно, «самопальный». Во-первых, несмотря на такую «борьбу с алкоголем», его становится только больше. Так, рядом с кабинетом, где я принимаю пациентов, работает два магазина и один бар. Лучше бы эти заведения в таком количестве не росли. Во-вторых, как мы уже говорили, у людей появляется привычка закупаться заранее.

А.Б.: — А то, что закупили, вряд ли будут беречь до следующего повода. В результате неправильно организованное застолье зачастую переходит в запой.

А.Т.: — Единственный правильный способ решения проблемы: во-первых, сделать, чтобы законы исполнялись (продажа по паспорту), во-вторых, должна быть государственная монополия на алкоголь. Вот и все.

 А.Б.: — По крайней мере, на производство спирта. Дошло до того, что сегодня в Архангельске работает магазин, торгующий самогонными аппаратами. Почти каждый день на мой электронный адрес, да и, думаю, многим пользователям приходят предложения приобрести аппараты-«спиртовары» с завлекательными названиями.

Хотя, конечно, самогоноварение – далеко не самое страшное, если человек владеет технологией производства самогона, и есть гарантия, что  производимый им продукт не убийственная отрава.  Намного хуже, когда торгуют просто разбавленным спиртом, техническими жидкостями. Или перерабатывают химические вещества в алкоголь, как уже было у нас во время, когда пытались добывать спирт даже из гуталина!

Увы, история современных российских политиков ничему не учила и не учит. Ни советский опыт, ни «сухой закон» в США и других странах.

А.Т.: — Именно последствия «сухого закона» при Горбачеве, как бы не пытались защищать его антиалкогольную политику, стали много пить. До перестройки вы много пьяных видели на улице? Практически не было. Пили в основном по праздникам. Когда я учился в мединституте, студенты пили нормальные вина. Раньше, когда в деревне был пьяница…

А.Б.: — На него все показывали пальцем и детям своим говорили: смотри, будешь пить – станешь таким же, как он.

А.Т.: — Когда продажа алкоголя стала ограничиваться по времени, народ начал им закупаться заранее, пить суррогаты.

А.Б.: — Первоначальный капитал в восьмидесятые зачастую сколачивался на подпольной торговле алкоголем. Потом, в девяностые годы впали в другую крайность: разливанное море всевозможных напитков, отечественных и импортных, часто низкокачественных или просто сфальсифицированных.

А.Т.:— И еще: на фоне борьбы с алкоголем продолжается пропаганда транквилизаторов. А это еще хуже. И создается впечатление, что спонсор антиалкогольной кампании – наркомафия.

А.Б.: — Кстати, наркомания, которая многие десятилетия существовала в подполье, именно в пору антиалкогольной кампании вылезла на поверхность.

 А.Т.: — Поэтому нужна, прежде всего, пропаганда здорового образа жизни, в том числе – традиций культурного винопития. А сегодня идет, в лучшем случае, имитация антиалкогольной политики, которая не решает существующих проблем.

Очередные «грабли» антиалкогольной политики