Медицинский «гамбургский счет» для российских чиновников

В свое время замечательный филолог Виктор Шкловский придумал для своей книги 1928 года выражение «гамбургский счет». 

«Гамбургский счёт» — объяснял он читателям, — чрезвычайно важное понятие. Все борцы, когда борются, жулят и ложатся на лопатки по приказанию антрепренёра.

Раз в году в гамбургском трактире собираются борцы.

Они борются при закрытых дверях и завешанных окнах.
Долго, некрасиво и тяжело.

Здесь устанавливаются истинные классы борцов, — чтобы не исхалтуриться».
Судя по всему, Шкловский сам придумал эту красивую легенду, и она оказалась столь удачной, что выражение широко вошло в русский язык. «Гамбургский счет» обнажает сущность человека, срывает маски, обнажает притворство и условности.

Для российских высокопоставленных политиков и чиновников таким гамбургским счетом является лечение серьезных заболеваний.

На словах все они – страстные патриоты, «импортозаместители» и ненавистники проклятого Запада. Но как доходит дело до своего драгоценного здоровья… судите сами. Радуясь недавнему успешному лечению в Германии губернатора Кемеровской области Амана Тулеева, мы не можем не указать на его многочисленных предшественников из власти.

Губернатор Челябинской области Петр Сумин лечил в Германии тяжелое заболевание почек. Другой губернатор Челябинской области, депутат Госдумы Михаил Юревич лечился сначала в Германии, а потом – в Израиле (где он и находится ныне, будучи объявлен в международный розыск по уголовному делу). Губернатор Московской области А. Воробьев в Германии делал операцию.

Разумеется, в Германии делала операцию и министр здравоохранения (!) Оренбургской области Тамара Семивеличенко. На вопрос, почему же она поехала за границу от собственного здравоохранения, она объяснила, что «в России врачи имеют меньший опыт по лечению таких заболеваний».

И ведь правда. Не поспоришь.

В Германии в разное время лечились и губернатор С. Ерощенко, глава Омской области Л.Полежаев, губернатор Свердловской области А. Мишарин, председатель Калининградской областной Думы 5 созыва Марина Оргеева. В Германии лечил заболевание крови и покойный мэр Курска В. Суржиков.

Бывший министр энергетики Красноярского края Д. Пашков лечился от онкологического заболевания в Швейцарии. В отличие от вице-губернатора Краснодарского края Мурата Ахеджака, который, как и вице-губернатор Санкт-Петербурга Филимонов предпочел проверенную Германию.

Иногда это лечение открыто ставится на бюджетные рельсы. В 2010 году за счет средств нищего бюджета Карелии миллионы рублей были потрачены на лечение чиновных «VIP-персон» в клиниках Финляндии. Это было сделано по распоряжению вице-премьера правительства Карелии Валерия Бойнича.

Первый заместитель губернатора Курской области Александр Зубарев лечился в Черногории (по месту нахождения своей заграничной недвижимости). А вот глава Калмыкии Алексей Орлов врачевался в Италии, где живет его дочь. Глава республики Саха (Якутия) — в Южной Корее.

О том, как депутат Государственной Думы Иосиф Кобзон, голосовавший за «закон подлецов», заявил, что лучше собрать деньги на Крым, чем на больного ребенка, кто только не писал. Равно и о том, как патриот Кобзон, много говоривший о «загнивающей Европе» вымаливал именно туда медицинскую визу в 2015 году. Получил – с помощью Путина (просто так не давали – Кобзон находится в санкционных списках ЕС).

Вот он – гамбургский счет! Одно дело – публичные выступления и пропаганда.

А другое дело – когда жить хочется.

Все эти люди прекрасно знают разницу между европейской (израильской, южнокорейской, американской и т.п.) медициной – и той медициной, которую они создали в России и на которую обрекли обычных российских граждан.

Дело дошло до того, что доведенные до отчаяния россияне разместили в прошлом году петицию на change.org, адресованную сотрудникам посольств Израиля, США и ЕС в России:

«Уважаемые послы иностранных государств! Мы, жители Российской Федерации, просим довести до руководителей Ваших государств наше требование прекратить прием российских чиновников и депутатов для лечения от онкологических заболеваний в клиниках Ваших стран. В нашей стране сложилась такая ситуация, что простой житель России, заболевший онкологическим заболеванием, практически обречен на смерть. Отсутствуют медикаменты и препараты для лечения, в отечественных клиниках катастрофически не хватает мест и квалифицированных медицинских кадров. Платное лечение приводит к тому, что люди продают последнее, включая квартиры, влезают в кабальные кредиты».
О попытках законодательно запретить нашим чиновникам лечиться за границей (все они, конечно, «глушились» на корню) один остроумный комментатор написал: «…граждане России от этого выиграют — если медицина не улучшится, так хоть чиновники буду интенсивнее вымирать — все польза».

Давайте же теперь для сравнения посмотрим, от какой медицины уезжают эти высокоморальные и сверхдуховные люди. Мы не будем вспоминать череду покончивших с собой от невыносимых страданий российских онкобольных, которым не досталось не только нормального лечения, но и обычного обезболивания – как из-за отсутствия препаратов, так и из-за дикого бюрократизма при их выдаче. (А как же? вдруг ампула попалет к наркоторговцам? Пусть уж лучше люди лезут на стенку от боли).

Мы вообще не будем говорить о взрослых и о медицине для взрослых.

Давайте зайдем на сайт фонда, который помогает главной детской больницы России – Российской детской клинической больнице. Что мы там видим?

Объявление первое.

«В отделении Микрохирургии №1 проходит лечение 16-летняя инвалид Аня Г. Девочка страдает пороком развития сосудов, лимфангиомой. Перенесла множество операций. Дальнейшая хирургическая коррекция по медицинским показаниям невозможна. Консилиум врачей РДКБ признал необходимым лечение ребёнка препаратом Рапамун (Сиролимус). Фонд уже закупал для Ани этот препарат в конце 2016 г. Дальнейшее лечение должно было осуществляться по месту жительства за счёт Министерства здравоохранения Республики Марий Эл. Однако девочка до сих пор не получила лекарство, а перерыв в его приёме недопустим. Стоимость препарата составляет около 53 000 рублей».

Объявление второе.

«В отделении Дневной гематологический стационар проходит лечение 9-летняя инвалид детства Аня П. Девочка страдает обширной лимфангиомой лица. Хирургическое вмешательство невозможно. Другие методы коррекции неизвестны. Консилиум врачей РДКБ признал необходимым лечение ребёнка препаратом Рапамун (Сиролимус). В 2016 г. Фонд дважды закупал Ане по одной упаковке Рапамуна, который она должна была бы получать на бесплатной основе по месту жительства. На фоне лечения наблюдается положительная динамика. К сожалению, в Иркутском Минздраве, обязанном выдавать ребёнку этот препарат, маме отказали и отправили вновь в РДКБ. Поскольку лечение Рапамуном прерывать нельзя, Фонд вновь собирает средства на приобретение этого препарата. Стоимость 1 упаковки Рапамуна составляет около 53 000 рублей».

Как вы понимаете, — это только примеры.

А вот это – как вам?

«В отделении Медицинской генетики проходит лечение ребёнок-инвалид, 3-летняя Дарьяна Ф. Девочка страдает Дегенеративным заболеванием нервной системы, нарушением психомоторного развития. Ребёнку запланирован дорогостоящий генетический анализ для исключения или подтверждения диагноза. Семья многодетная. Материальное положение не позволяет им самим оплатить эти исследования.

Стоимость исследования составляет 35 000 рублей».

Объясните мне это, чертовы патриоты, — как это получается, что у нашей Родины, которую вы все учите нас любить, и которую вы оседлали пару десятилетий назад, нет 35 тысяч рублей на постановку диагноза трехлетнему ребенку? И самая главная детская клиническая больница России должна побираться, чтобы добыть эти деньги?

Да и не только в РДКБ дело. Видно же, что региональные бюджеты, на которые патриоты в Думе спихнули расходы по дорогостоящему лечению редких заболеваний, — не могут это обеспечить. И не только потому, что надо, как в Карелии, тратить миллионы на лечение чиновников за границей. Денег просто нет.

Я думаю, что приведенные факты не оставляют сомнения в цинизме наших властителей и их пропагандистов. Точно так же себя вели кстати и их идейные предшественники – коммунисты, которые, не имея возможности выезжать на лечение и «шопинг» за границу, устроили для себя отдельные спецбольницы и спецраспределители. Но те хотя бы это тщательно скрывали…
Может, все-таки вернуться к старой традиции проверки моста – когда главный строитель и его инженеры при испытании конструкции вставали внизу, а по мосту пускали поезд?

Автор: Александр Кобринский, Эхо Москвы