Medicare может сэкономить миллиарды, если будет разрешено договариваться о ценах на инсулин
(HealthDay) — Если вам не нужен инсулин, вы, вероятно, не уделяли много внимания его стремительной стоимости, но новое исследование показывает, что непомерные цены на лекарства в конечном итоге затрагивают всех.
Исследование показало, что в 2017 году Medicare потратила почти 8 миллиардов долларов на инсулин. Исследователи сказали, что если Medicare будет разрешено вести переговоры лекарственное средство такие цены, как, например, Департамент по делам ветеранов США (VA), Medicare может сэкономить около 4,4 миллиарда долларов только на инсулин.
«На долю Medicare сейчас приходится треть всех расходов на лекарства. Законодательство, позволяющее Medicare договариваться о ценах и устанавливать центральный формуляр, поможет сэкономить деньги налогоплательщиков», — сказал ведущий автор исследования, доктор Уильям Фельдман.
«Мы только что посмотрели на инсулин, но другие исследования показали, что другие лекарства также будут экономить», — добавил Фельдман. Он научный сотрудник Бригамской и женской больниц и Гарвардской медицинской школы в Бостоне.
У В.А. уже есть возможность получать скидки на лекарства и договариваться о ценах. Он также создал национальный формуляр. Формуляр — это список лекарств, которые одобрены для лечения определенных состояний. Фельдман сказал, что если фармакологический справочник принимает только несколько лекарств для каждого заболевания, существует большая конкуренция и гибкость в ценообразовании, поскольку компании пытаются включить свое лекарство.
Другие правительства, такие как Канада, используют свою большую покупательную способность, чтобы договориться о лучших ценах. Но закон, который установил Часть D Medicare, гласил, что Medicare не может вмешиваться в переговоры между планы здоровья и фармацевтические компании, по данным журнала Вопросы здравоохранения, Это означает, что Medicare Part D по закону не может вести переговоры цены на лекарства как и другие правительства.
И это отсутствие переговоров оказало большое влияние на ценообразование.
Лия Гринсайд, мать подростка с диабетом 1 типа из Миннеаполиса, воочию увидела эти различия, когда ее семья путешествовала за границу. Коробка с инсулиновыми ручками в США обошлась семье в 700 долларов. Эта же коробка стоила 73 доллара в Германии, 57 долларов в Израиле, 51 доллар в Греции и 61 доллар в Италии. (Эти цены основаны на обменных курсах 2017 года.)
«Это совершенно возмутительно, что мы платим здесь», сказал Гринсайд.
Чтобы понять, как может повлиять возможность согласования цен и составления формуляра на цены инсулина в Соединенных Штатах, исследователи изучили расходы на часть Medicare в 2017 году. Они сравнили цены на инсулин между Medicare Part D и тем, что VA заплатил за то же самое. лекарства.
Всего они посмотрели на 31 разных инсулинов.
Общие расходы на инсулин для Medicare, часть D составила 7,8 млрд. долларов после уступок производителя. Если бы Medicare была в состоянии использовать те же цены, о которых договорился VA, это сэкономило бы 2,9 миллиарда долларов.
Исследование показало, что если Medicare сможет использовать цены на VA и национальный формуляр, то прогнозируемая экономия составит 4,4 миллиарда долларов.
«Мы искали лекарство, которое существует уже 100 лет и должно быть дешевле. На долю Medicare теперь приходится треть всех расходов на лекарства. Цены«Это может иметь огромное значение для расходов на здравоохранение», — сказал Фельдман.
Результаты были опубликованы в сети 3 февраля в виде письма в JAMA Внутренняя медицина,
Доктор Роберт Стейнбрук, главный редактор журнала, написал сопроводительную редакционную статью.
«Факты указывают на то, что формальные ограничения и ценовые переговоры могут снизить стоимость лекарств», — сказал он. «У федерального правительства есть возможность экономить миллиарды долларов ежегодно для получателей Medicare».
Стейнбрук сказал, что для людей важно понимать, что существуют эффективные меры, которые могут сократить расходы на лекарства.
«Сейчас время для Конгресса и исполнительной власти действовать», — сказал он.
