Если законопроект о телемедицине не будет принят, то 37 тысяч российских врачей потеряют работу, заявил председатель совета Института развития интернета (ИРИ), советник Президента России по интернету Герман Клименко в интервью ТАСС.
По его словам, бывают случаи, когда пациенту необходим постоянный мониторинг состояния здоровья. Сейчас такие данные – «давление, сердцебиение, вскоре и уровень сахара в крови» – могут собираться с помощью специальных медицинских устройств [например, носимых датчиков. – Vademecum] и отправляться врачу.
«И вот тут проблема: этот врач может сидеть у нас, а может – в Пакистане. Конечно же, никуда не денутся великие врачи, профессионалы. Бухгалтеров ведь не стало меньше от того, что у них счеты отобрали. Но те эндокринологи, которые сейчас сидят в больницах, – это бухгалтеры, которые считают на счетах. Современный эндокринолог не может быть хорошим, если нет потоковых данных за месяц. И мы боремся за то, чтобы эти данные сейчас шли к нашим врачам. Проблема простая: либо мы, либо Пакистан. Нет никаких иных вариантов, и 37 тысяч наших эндокринологов могут остаться без работы», – заявил он.
По его словам, закон о телемедицине обсуждается уже 19 лет, и до сих пор не могут быть согласованы два вопроса.
«Первая – это ОМС. Вот я, например, никогда не хожу к прикрепленному врачу, потому что не знаю, где он сидит. Я иду к своему врачу и плачу ему деньги. Но если у меня появится возможность поговорить с положенным мне государством врачом по скайпу, я, скорее всего, потребую услуги, которыми никогда не пользовался. То есть с телемедициной возникнут риски резкого увеличения затрат на ОМС. И, как бы это ни звучало, – это правда. А дальше возникнет проблема регионов: например, имея возможность позвонить врачу в Москву, житель Камчатки ею воспользуется. И их завалят звонками», – пояснил он.
«Вторая проблема – это святые устои медицины. Очный прием, диагноз… Но если, например, говорить о психиатре, то ему, наверное, вообще первичный прием не нужен. Посмотрел на пациента по скайпу и тут же понял, есть ли отклонение», – продолжил Клименко.
На рассмотрении в Госдуме находятся два законопроекта о телемедицине – разработанный Минздравом и альтернативный документ, представленный ИРИ, ФРИ и Леонидом Левиным из комитета Госдумы по информационным технологиям, пока остается непонятным, какой из двух законопроектов будет принят.
«Но я уверен, что нам удастся сдвинуть процесс с мертвой точки. Ведь проблема телемедицины стоит очень остро, в плане медицинского неравенства разрыв между Москвой и любым населенным пунктом в 200 км от Москвы очень большой. Уже даже образовательные проекты дистанционные есть, но вот медицины по-прежнему нет», – отметил он.
Говоря о возможности утечки данных о пациентах, Клименко признал, что такие инциденты возможны. «Но это будут единицы! А вот те, кто с помощью телемедицины сможет выжить, – их будет колоссальный объем. «Боярышник» [история с массовым отравлением в Иркутске. – Vademecum] – это вообще мелочи на фоне того, как люди в регионах занимаются своим здоровьем, как ходят в больницы и как их там лечат», – заявил председатель совета ИРИ.
