«Иногда во время реанимации детей молишься про себя»

«Наша задача — это уход, — начинает с самого главного рассказ о своей работе Анастасия Тагирова. — Каждые два часа мы переворачиваем малышей, чтобы не было пролежней, застоя в легких и инфекционных осложнений, которые могут возникнуть после операции. Всегда нужно обращать внимание на температуру тела малыша, чтобы ручки и ножки были теплые и чтобы все складочки были расправлены на пеленке».

«Все приходит с опытом, — продолжает она. — Когда младенец плачет — надо выявить причину, почему он это делает. Надо понять, что его тревожит, и успокоить».

Анастасия мать двоих детей. Поэтому в уходе за малышами всегда задаётся вопросом «Как бы я хотела, чтобы к моему ребенку относились?»

«С заботой, лаской, без грубых движений. Так и работаю. Малыши лежат здесь без мам, и нужно, чтобы они почувствовали, что они здесь не одни. Мы с ними постоянно разговариваем. Говорим: «Не плачь. Все будет хорошо»», — отметила медсестра.

По её словам, мамочки прорываются в реанимацию, но медсёстры с ними не контактируют. С родителями беседуют в основном врачи, а о медсестрах, которые сутками находятся с их детьми, люди порой не задумываются.

«Я с каждым пациентом задумываюсь, как там бедная мама… Она ведь переживает. Бывает, ребенка и увидит только на секунду после рождения. И если постоянно об этом думать, то становится немного жутковато. Но если так о каждом переживать — можно с ума сойти. И плачем, бывает, всякого хватает», — рассказала Анастасия.

Для того чтобы детям было не так страшно, Анастасия сама сшила себе шапочку. На ней веселый мишка с цветочком.

«Нам всем хочется, чтобы ребенок поскорее выздоровел и вернулся к маме, потому как материнскую любовь никто и ничто не заменит, — уверена медсестра. — Когда к малышам приходят мамы, младенцы обычно плакать начинают — жалуются, видимо, что без них здесь лежат».

Иногда приходить к детям просто некому.

«Отказники к нам тоже поступают — вот кого на самом деле жалко! Ребенок и так родился нездоровым, нужна поддержка родителей, а он один в этом мире. И тогда выкладываешься вдвойне, втройне!», — продолжила она.

А в ответ медсёстры получают иногда забавные рисунки цветочков, солнышек, зайчиков и даже теплые слова.

«У нас была трехлетняя девочка, которая называла меня и мою напарницу мамой. Сердце екало очень сильно… Но девочка просто хотела внимания, — улыбается Анастасия. — Те, кто с нашими пациентами как с куклами обращается, не смогут у нас работать. Когда только устроилась сюда, поначалу тяжко было справляться. До такой степени все в груди сжимается, болит. Я не знаю, как эти чувства описать. Это надо пережить. То ли человек так устроен, что ко всему приспосабливается… Это волнение и эмоции потихоньку проходят. Они приглушаются. Но иногда… В каждой палате есть иконы. Иногда во время реанимации молишься про себя», — поделилась Анастасия.

Пока мы беседуем — в палате спокойно, но так бывает не всегда. Это реанимация, а значит, ребенок находится на грани. Приборы в любую секунду могут начать истошно пищать. И это создает в помещении если не напряжение, то атмосферу собранности. Откуда взять при такой тяжелой работе столько нежности, ласки и терпения?

«С этим, наверное, нужно родиться», — заключила Анастасия.