Черная смерть наградила современных европейцев склонностью к аутоиммунным болезням
Это достаточно неожиданный результат, если учесть, что пандемия случилась почти семь веков назад. Открытие проливает свет на то, почему частота некоторых заболеваний у разных популяций современного человечества так резко различается.
По современным представлениям, черная смерть в XIV веке убила от 30 до 50 процентов населения Африки и Евразии на протяжении считаных десятков лет. Общее число погибших в результате той пандемии как минимум не уступает числу жертв Второй мировой войны, а по многим оценкам и превосходит их. Учитывая, что население Земли тогда было намного меньше, это самое серьезное испытание в истории нашего вида за последний десяток тысяч лет.
Новая работа международной группы исследователей, опубликованная в Nature, обнаружила неожиданную сторону эпидемии: она оставила заметный след в генах тех, кто ее пережил, — по крайней мере, если речь идет о Европе. Причем след этот был полезен в Средние века и Новое время, но однозначно вреден в наши дни.
Авторы работы изучили ДНК 206 человек из европейских популяций, живших до, во время и после пандемии чумы XIV века. В результате они установили, что один из генов, который стал чаще встречаться в ДНК популяций после черной смерти, должен облегчать иммунитету борьбу с бактерией — возбудителем чумы. Что характерно, этот ген стал чаще встречаться не только в популяциях средневековой Англии, но и в современной ей Дании.
То есть речь идет о том, что чума подстегнула своего рода конвергентную эволюцию двух разных, пространственно удаленных популяций. Возможно, сходное влияние оно оказало на жителей Древней Руси того периода или Китая с Африкой: древние ДНК оттуда авторы работы не охватили.
Кроме одного конкретного гена, чаще стали встречаться как минимум десятки других генов, но достаточно сложно с уверенностью сказать, каковы функции многих из них в смысле иммунитета. Значительная часть мутаций в геноме человека вообще может быть нейтральной и все же распространяться в популяции, если она случайно присутствовала у линии особей с повышенной устойчивостью к чуме.
Точно можно сказать одно: когда авторы работы вырастили клеточные культуры (из человеческих клеток), имевшие те гены, что стали встречаться после эпидемии чаще, то их поражение бактериями чумы оказалось затрудненным. Культуру клеток без таких особенностей чумные бактерии поражали существенно легче.
Получается, чума заметно модифицировала генофонд людей всего за несколько поколений. Хотя она не принесла им совсем новые гены, но резко увеличила долю в популяции тех, чьи гены позволяли лучше ей сопротивляться.
Хотя вплоть до XVII-XVIII веков эти черты были полезны, после появления полноценных карантинов чума перестала быть массовой болезнью. То есть польза таких мутаций на сегодня утеряна.
Однако те же гены повышают риск ревматоидного артрита, отмечают авторы работы. Следовательно, «чумное» воздействие на современных людей заключается не просто в том, что болезнь изменила историю человеческих обществ в XIV-XVIII века. Выходит, чума действует на здоровье нашего вида негативно до сих пор, спустя 700 лет после ее сильнейшей вспышки — пусть это влияние и косвенное.
