Бывшую главу роддома №27 Марину Сармосян отпустили под домашний арест
Уголовное дело по ст. 293 УК РФ было возбуждено 8 декабря в результате проверки жалоб нескольких пациенток роддома. Они заявили, что врачи медучреждения отказывали им в проведении кесарева сечения и заставляли рожать естественным путем. В результате действия врачей, как утверждают родители, привели к инвалидизации новорожденных.
За два дня до этого, 6 декабря, Департамент здравоохранения Москвы сообщил, что Марина Сармосян и все заведующие отделениями уволены «по результатам внутренней служебной проверки и мероприятий ведомственного контроля, связанных с многочисленными обращениями пациентов». В тот же день руководителем учреждения стала Елена Семейкина, возглавлявшая родильный дом ГКБ им. С.П. Боткина (ранее родильный дом №32), а заведующие этого роддома заняли места уволенных из роддома №27.
Бывшие заведующие отделениями роддома №27 связали свое увольнение с необходимостью обеспечить рабочие места другому коллективу – сотрудникам роддома ГКБ им. С.П. Боткина, который закрывается на ремонт. «Они [заведующие отделениями из роддома №32] уже все знали, пришли с ксерокопиями документов. Пока мы сегодня работали, они уже ходили по роддому как хозяева. Нас уволили, чтобы просто устроить коллектив из другого роддома», – рассказывала Vademecum заведующая послеродовым отделением Ирина Осадчева. По ее словам, весь коллектив уволили одномоментно, угрожая статьей, а когда врачи пригласили юриста, главный врач отказался с ним разговаривать.
«История о том, что там якобы не хотели проводить операции кесарева сечения, явно надуманная. Как пояснила Сармосян, таких установок не было и не могло быть. Любое оперативное вмешательство всегда проводилось по медицинским показаниям, никаких якобы поощряемых со стороны ДЗМ или иным образом статистических показателей по проценту кесаревых сечений не было и нет», – прокомментировал Vademecum адвокат Марины Сармосян Геворг Дангян.
В ДЗМ так и не пояснили, планируется ли действительно закрывать роддом №32. Зато Корреспонденту Vademecum, представившемуся пациентом, это подтвердили в приемной филиала.
«Врач, как гражданин, имеет право на личную неприкосновенность. На то, чтобы ее имя и репутацию, компетентность и квалификацию не порочили безосновательно, ведь ей возвращаться к профессии. Это просто манипуляция общественным мнением. Односторонние публикации в СМИ – главное, сенсационные, кликабельные заголовки, исходя из слов и мнения исключительно одной стороны, не являющихся специалистами в медицинских вопросах. Более 20 лет добросовестного труда, отзывы благодарных родителей, признание одним из лучших роддомов, дипломы, грамоты! Это все не имеет никакого значения или все-таки является критерием для оценки добропорядочности человека?» – вопрошает Геворг Дангян.
