Алтайская больница заплатит 40 тысяч пациентке, которая требовала 3 млн за якобы пробуждение во время операции и неаккуратный шов
«Я чувствовала, как меня разрезали, слышала разговор врачей, как они ковырялись у меня внутри. Терпеть я не могла, но и сделать что-то тоже не могла, я была парализована. Доктор, который оперировал, заведующий отделением Носов сказал: “Посмотри, какой страшный шов мы ей сделали”. Женщины в операционной обсуждали мой маникюр», — писала в соцсети Шалганова.
Пациентка пожаловалась в Минздрав. Выяснилось, что во время операции у женщины поднялось артериальное давление и увеличилась ЧСС, но эти изменения быстро купировали. Проверка подтвердила адекватность используемой анестезии.
Также Минздрав запросил комментарий медсестер относительно обсуждения маникюра пациентки. Они объяснили, что говорили о затруднения использования кардиомонитора из-за нарощенных ногтей. Послеоперационных осложнений или претензий к медикам от Шалгановой во время нахождения в стационаре не зафиксировано.
Ответ пациентку не устроил, она подала в суд. Суть ее претензий:
— Неаккуратный и неоправданно длинный шов (27 см при размере грыжи 3 см), который осложнился воспалением и развитием олеогранулем
— Дефекты анестезиологического пособия
— Оскорбление личности
В качестве возмещения морального вреда она требовала взыскать с госпиталя 3 млн, в качестве возмещения утраченного заработка — 140 тысяч.
В ходе разбирательств Росздравнадзор обнаружил отсутствие в учреждении должного мониторинга за адекватностью анестезии. Также вопросы вызвали применяемые препараты. По мнению эксперта, при подобных операциях наиболее предпочтительны ингаляционные анестетики, снижающие риск интраоперационного пробуждения. Но в госпитале использовали внутривенный наркоз на основе «Пропофола».
Кроме того, по словам Шалгановой, в этот же день очнулась во время операции и ее соседка по палате — Римма Гаврилова. Она рассказала, что после выписки спросила у анестезиолога, почему проснулась в ходе вмешательства. Ей показалось, что врач ответил, что был одновременно на двух операциях, вынужден был выходить из операционной. В конце разговора он извинился перед женщиной. Гаврилова также осталась недовольна швом, однако предъявлять претензии больнице не стала.
У пациентки также есть запись разговора с хирургом, который отрицает факт увеличения давления и ЧСС во время операции, но извинился за неаккуратный шов. «За шов прошу прощения. У вас образовалась дополнительная сиська», — в такой форме цитату хирурга приводит Шалганова. Прикрепить эти данные к делу суд отказался.
Судмедэкспертиза не выявила вреда здоровью Шалгановой. На вопрос суда о том, имелись ли признаки пробуждения в ходе операции, эксперты ответили отрицательно.
Суд отклонил все требования пациентки. Женщина подала апелляционную жалобу, но вновь проиграла суд. Затем подала кассационную жалобу. В результате третьего слушания иск пациентки был частично удовлетворен. Он постановил возместить пациентке только 40 тыс. руб. в качестве компенсации за моральный вред.
