Адвокат требует привлечь ещё двух докторов в деле кировского врача
29 июля в судебном процессе по делу врача-гематолога НИИ Дениса Ярыгина, обвиняемого в «оказании услуг, не отвечающих требованиям безопасности, повлекших по неосторожности смерть человека» (ст. 238 ч. 2 УК РФ), семья Евгения Свечникова, погибшего из-за «назначенного лечения», потребовала отправить дело «на дослед».
Родственники убеждены, что в смерти мужчины виноват не только сам Ярыгин, но и его начальницы – Минаева и Лагунова.
Диагноз хронический лимфолейкоз Евгению Свечникову (ХЛЛ) поставили пять лет назад. Но тогда лечащий врач уверил, что в его возрасте болезнь опасности для жизни не представляет. В конце 2016 года с обычным простудным заболеванием Свечников был госпитализирован в НИИ «Гематологии и переливании крови» по причине «низкого гемоглобина». Состояние пациента стремительно ухудшалось, и тогда родственники транспортировали его в Израиль.
Выяснилось, что «смертельное ухудшение здоровья» напрямую связано с проведенным в кировском НИИ курсом химиотерапии, вызвавшим иммунодефицит. Таким образом, причиной смерти стал не лейкоз, а сепсис.
«К выводу о том, что в смерти папы виновен не только Ярыгин, но и Минаева с Лагуновой, пришел бы любой человек, бывший на 14 прошедших судебных заседаниях. Ведь обвиняемый избрал своеобразную стратегию защиты: по его версии, решения о том, как лечить больного с диагнозом хронический лимфолейкоз, какие назначать препараты и в каких дозах, принимались исключительно коллегиально или на консилиумах, которых было, как минимум, три. И этот факт, якобы, полностью снимает с него персональную вину», – рассказывает дочь покойного Ирина.
Смертельный консилиум
Со слов Ирины, тот факт, что избранная для её отца схема лечения – это «групповое решение», неоднократно и под протокол подтверждали и Минаева, и Лагунова. «В ходе допросов дамы договорились до абсурда: уверяя суд, что назначенное ими лечение было безоговорочно правильным. Они заявили о необязательном следовании приказу Минздрава о «порядке контроля качества оказания медпомощи» и свободно могут игнорировать инструкции лекарств и рекомендации по их применению. И даже те препараты, что больному категорически противопоказаны», – говорит она.
Так на вопрос гособвинения об обязательном исполнении инструкций, особенно в части назначения и применения «сильнодействующих и смертельно опасных препаратов», врачи заявили, что никаких обязательств не существует. И назначенная доза определяется лишь «по усмотрению врача». При том, что, согласно выводам и заключениям экспертов, смерть Евгения Свечникова «наступила по причине двукратно назначенных ему, но категорически противопоказанных препаратов». Их дозировка также была удвоена, что не оставило пациенту шанса на выживание.
Главный врач НИИ «Гематологии» Наталья Минаева считает себя непричастной к смерти Свечникова, заявив, что в её обязанности не входит чтение медкарт всех пациентов и изучение результатов проб. Поэтому не знала, что анализы Евгения Илларионовича после первой «химии» свидетельствовать о его тяжелом состоянии. Да, заявила Минаева, она ставила свою подпись под выпиской, но была при этом твердо уверена, что у Свечникова стойкое улучшение состояния здоровья.
Как пояснила адвокат потерпевших Екатерина Батурина, ходатайство было написано по итогу показаний всех свидетелей, утверждавшие, что в смерти Евгения Свечникова виновен не только Денис Ярыгин.
«Если в суде были выявлены признаки более тяжкого преступления, как, например, совершенное группой лиц, не установленные в ходе следствия, то дело направляется на дослед. Но рассмотрение нашего ходатайства было отложено, а это, по моему мнению, может говорить о том, что прошение не будет удовлетворено. Может быть суд рассуждает так: зачем начинать что-то заново, если судебный процесс уже близок к завершению?», – рассуждает Екатерина Батурина.
Также она утверждает, что семья потерпевшего не намерена забыть и простить смерть отца и мужа, так что за возможным отклонением ходатайства, последует вполне официальное заявление в Следственный комитет. Минаевой и Лагуновой уже не отказаться от своих показаний: «назначали лечение Свечникову совместно». Так как они внесены в судебные протоколы.
В НИИ потеряли протоколы консилиума
Со слов семьи Свечникова, в уголовном деле Дениса Ярыгина, помимо фальсификации и подделки медицинских документов, стали известны новые обстоятельства. «Врачи НИИ «Гематологии» стали давать показания: решение о методе лечения Евгения Свечникова было коллективным, а значит верным и не вызывающим сомнение. Тогда суд, по нашему ходатайству, еще в марте, а потом неоднократно, сделал запрос о предоставлении протоколов консилиума – документов, где стоят подписи врачей, назначивших «убийственное лечение», – говорят они.
Однако директор учреждения Игорь Парамонов более 4 месяцев игнорировал требование суда, а в конце июля сообщил, что протоколы отсутствуют. Точнее, они были приложены ко всем затребованным следствием и экспертизой документам, но потом пропали. Представители следственных органов утверждают, что протоколов в деле они не видели. Так что теперь Парамонову придется объяснить суду, почему в его институте теряются документы строгой отчётности.
