Родственники умершего после операции ребёнка отсудили у больницы 800 тысяч рублей

В Оренбурге мать и брат умершего после операции по уретропластике трёхлетнего ребёнка добились компенсации в размере 500 тысяч и 300 тысяч соответственно от городской клинической больницы № 5. Суд установил, что в смерти пациента виноват анестезиолог-реаниматолог.

Об этом сообщила пресс-служба оренбургского областного суда.

Умершему мальчику в медицинском учреждении провели операцию. После окончания у него зафиксировали снижение сатурации, урежение частоты дыхания. Реанимационные мероприятия в течение 50 минут не дали положительного результата, ребенок умер.

Суд первой инстанции – Дзержинский районный суд г. Оренбурга установил, что смерть ребенка наступила вследствие некачественного оказания медицинской помощи по вине врача-анестезиолога. Он вынес решение о частичном удовлетворении заявленных исковых требований, взыскав в пользу матери ребенка компенсацию морального вреда в размере 500 000 рублей, в пользу брата 300 000 рублей.

Медучреждение пыталось оспорить приговор, но областной суд оставил его без изменения.

Инцидент произошёл в декабре 2017 году в центре детской хирургии Оренбурга. Согласно материалам дела, после операции по уретропластике, когда трёхлетний Кирилл Самуд находился под общим наркозом, у него остановилось дыхание. Реанимационные мероприятия, которые длились 45 минут, результата не дали. Согласно медицинскому свидетельству, смерть наступила в результате остановки дыхания во время анестезии при операции, передаёт «ural56.ru».

Было возбуждено уголовное дело по части 2 статьи 109 УК РФ «Причинение смерти по неосторожности вследствие ненадлежащего исполнения лицом своих профессиональных обязанностей» и проведена судебно-медицинская экспертиза. Экспертиза установила, что смерть мальчика наступила в результате острой гипоксии, которая развилась сразу после операции по уретропластике, «в результате апноэ (остановки дыхания), обусловленного угнетением дыхательного центра с последующим отеком и набуханием вещества головного мозга».

Мама Кирилла — Ксения Самуд —  предполагает, что дыхание остановилось из-за высокой дозы наркоза. Возможно, врач анастезиолог-реаниматолог, присутствовавший на операции, допустил ошибку и не рассчитал количество препарата. Также родители ребенка считают, что во время операции можно было применить и местный наркоз. По словам Ксении, благодаря Следственному комитету дело сдвинулось с мертвой точки, и началось расследование.

В Минздраве региона в ответ на обращение матери сообщили, что операция была выполнена в соответствии с медицинскими показаниями, диагностика перед операцией была выполнена в полном объеме, лекарственные препараты назначены в соответствии с возрастом, показаниями и инструкцией по применению.

Однако проверка выявила нарушения: в бланке информационного согласия не было информации об операции и анастезии, при описании реанимационных мероприятий не было указано процентное содержание растворов адреналина и атропина, временные интервалы введения препаратов и дефибрилляции, доза разряда дефибрилляции, частота компрессий при непрямом массаже сердца.