Плацебо избавляет от головной боли

В последнее время всё большей популярностью среди учёных пользуется одно терапевтическое средство, помогающее либо ослабить, либо вообще избавиться от симптомов таких заболеваний, как клиническая депрессия, синдром беспокойных ног, синдром раздражённого кишечника, эректильная дисфункция и т. д. И вот в одной из свежайших статей в журнале Science Translational Medicine группа исследователей из Медицинской школы Гарварда и Медицинского центра дьяконицы Бет Израэль (США) сообщает ещё об одной способности этого чуда-средства: оно расправляется с мигренью.

Возможно, это было бы не столь интересно, если бы речь не шла о плацебо. Сам термин «плацебо» возник в начале XVIII века, но представление о безлекарственном целительном эффекте существовало многие века: врачи издавна знали, что для большей эффективности лечения в больных нужно поддерживать высокий моральный дух, оптимизм и ожидание скорейшего выздоровления.

Впрочем, использование плацебо часто встречало возражения «врачебных этиков»: всё-таки, как ни крути, а это обман пациента. Кроме того, при всех своих достоинствах этот странный психофизиологический эффект вовсе не всемогущ: не стоит ждать от плацебо избавления от симптомов, которые можно назвать объективными (вроде высокого кровяного давления), и не надо рассчитывать, что с помощью плацебо можно изгнать инфекцию из организма. Но в то же время плацебо способно эффективно снимать различные виды боли, которая во многом зависит от самоощущения человека и может быть названа субъективным симптомом — ведь нам может действительно казаться, что у нас что-то болит сильнее, чем на самом деле.

Иными словами, эффект плацебо связан с нашим восприятием собственного тела и состояния здоровья. При этом эффективность плацебо подчиняется довольно любопытным закономерностям. Например, когда плацебо выдавали за мышечный релаксант или мышечный стимулятор, плацебо-релаксант действовал эффективнее, чем плацебо-стимулятор. В другом исследовании удалось выяснить, что красные, жёлтые и оранжевые таблетки-«пустышки» работают лучше, если их выдают за стимуляторы, а в зелёный и синий цвет лучше окрашивать псевдоуспокаивающие. Наконец, сам размер таблетки тоже может влиять на её эффективность: большие таблетки-плацебо работают лучше, чем мелкие.

При этом нейробиологические механизмы, стоящие за эффектом плацебо, остаются во многом загадкой. Наблюдения за активностью мозга, которая сопровождала приём псевдообезболивающего, показали, что в коре мозга при этом срабатывают иные области, чем при приёме нормального анальгетика. Причём зоны коры, реагирующие на плацебо, имеют отношение к высшим когнитивным функциям, таким как память, внимание и т. п.

Если вернуться к последней работе про плацебо и мигрень, то эксперимент в ней был построен так: шестидесяти шести добровольцам, страдающим от регулярных мигреней, раздали конверты с некими таблетками, которые они должны были принять при очередном приступе. Одни получили конверты, на которых было написано «максалт» (коммерческое название ризатриптана, известного средства от головной боли). Другие конверты не имели обозначений — и в этом случае ожидания от лекарства были нейтральные. Наконец, имелись и такие конверты, которые честно сообщали всем окружающим, что в них плацебо. В этом случае у человека формировались негативные ожидания — ведь он заранее знал, что никакого лекарства там нет.

Но при этом — независимо от надписи — одни конверты содержали настоящее лекарство от мигрени, а в других всё-таки было плацебо. То есть в итоге Рами Бурстейн (Rami Burstein) и его коллеги могли сравнить разные комбинации между субъективными ожиданиями (положительными, нейтральными и отрицательными) и самим препаратом (настоящим или пустышкой). Разумеется, учёные исходили из самоощущения больных, из того, как пациенты чувствовали свою боль при приёме того или иного вещества из того или иного конверта.

Как сказано выше, плацебо ещё раз доказало свою эффективность: если человек пил его под видом настоящего анальгетика, то результат был таким же, как при приёме настоящего анальгетика под видом плацебо. Если же анальгетик принимали как есть, то его эффективность оказывалась всего в два раза выше, чем в том случае, когда его выдавали за плацебо.

То есть позитивные ожидания вполне сравнимы по силе с эффектом настоящего лекарства. Что, конечно, должно ещё сильнее подтолкнуть врачей к использованию плацебо в терапии, хотя это, казалось бы, и противоречит врачебной этике. Просто не следует, во-первых, переоценивать плацебо: оно, как было сказано, не работает на «настоящих», объективных симптомах. А во-вторых, не следует забывать о ноцебо — негативном аналоге плацебо, который может привести к ухудшению состояния больного из-за ожидания побочных эффектов от лекарства, в том числе и от мнимого.

Подготовлено по материалам Медицинского центра дьяконицы Бет Израэль.