Статья. «Леонид Рошаль: «В министерстве нас считают врагами» (А.Шарафанович) («Фармацевтическое обозрение», 2012, N 1)
«Фармацевтическое обозрение», 2012, N 1
ЛЕОНИД РОШАЛЬ: «В МИНИСТЕРСТВЕ НАС СЧИТАЮТ ВРАГАМИ»
В 2012 году вступает в силу закон «Об основах охраны здоровья граждан РФ», один из базовых документов для российского здравоохранения. Еще в стадии подготовки и первого чтения в Госдуме РФ законопроект вызывал массу сомнений, а порой и протестов со стороны медицинского сообщества и пациентских организаций, Потребовалось вмешательство первых лиц государства, чтобы приостановить поспешное принятие документа. Один из самых активных критиков закона — президент НП «Национальная Медицинская Палата», профессор, доктор медицинских наук, директор НИИ неотложной детской хирургии и травматологии Леонид Михайлович Рошаль. Организованная и возглавляемая им «Национальная Медицинская Палата» сумела в процессе подготовки поправок в закон консолидировать медицинское сообщество и быть услышанной чиновниками. Леонид Михайлович, допускали ли вы, что закон «Об основах охраны здоровья граждан РФ» не будет подписан президентом и отправлен на доработку? Нет, и почти уверен, что закон будет принят, хотя необходимо продолжить работу над ним. Как вы оцениваете принятый закон?
Закон был плохим. Его нельзя было принимать в первоначальном виде, это точно. Над текстом документа серьезно работала «Национальная Медицинская Палата», внеся 109 поправок. Это немалая работа, которая, конечно, значительно улучшила этот законопроект. Эти 109 поправок носят принципиальный характер? Они разные, есть понятийные поправки, но есть и принципиальные, например, восстановление статьи, которой прежде не было, саморегулирование профессиональной деятельности, разграничение полномочий, сохранение участкового принципа работы врачей. Наши поправки были направлены на улучшение качества оказания медицинской помощи населению РФ. Одна из главных проблем нового закона — восприятие чиновниками и медицинским сообществом понятий «платность» и «бесплатность» оказываемых медицинских услуг. Почему возникли такие расхождения в понимании слова «платность»? А я никакого расхождения не вижу. Платность — это когда человек из своего кармана платит. Вся частная медицина — это платность. Например, создание комфортных условий, какие-то дополнительные услуги — это платно. Для иностранных граждан, не имеющих страховки, эти услуги платны. Например, человек сам захотел провести какое-то исследование, которое не наносит вред его здоровью, естественно, МРТ или анализ крови или мочи, а доктор не дал ему направления. Пожалуйста, заплати. Затем у нас есть государственные гарантии оказания медицинской помощи, и все, что входит в эти гарантии, а это целый талмуд, это все бесплатно. А то, что не входит, платно. Вот здесь и появляется вопрос, почему в законе нет перечня платных услуг? «Национальная Медицинская Палата» хотела, чтобы в этом законе присутствовал перечень того, что платно. Я думаю, что одна из будущих поправок в закон «Об основах охраны здоровья граждан РФ» будет направлена на введение четкого перечня того, что не входит в гарантии оказания бесплатной медицинской помощи, чтобы каждый человек знал, за что он должен платить, а за что нет. Мы пока не видели ни одного подзаконного акта, ждем их, чтобы медицинская общественность обсудила их, высказала свое мнение, потому что закон может быть одним, а подзаконные акты другими, нивелирующими вопросы, поставленные в этом законе. Если в подзаконных актах появится такой перечень, в чем я пока сомневаюсь, то это будет замечательно. Вопросами перечня будет также заниматься Минздравсоцразвития РФ. Это его обязанность, а как скоро появится этот перечень, неизвестно, это проблема министерства. Наша задача — проанализировать предложенные в подзаконных актах проекты, согласиться с ними, изменить какие-то акты или выступить против каких-то положений. Я думаю, сейчас наученное опытом министерство начнет прислушиваться к мнению медицинской общественности. Нам говорят, что российские специалисты, взявшись за изменения в здравоохранении, ориентируются на лучшие западные образцы. Согласны ли вы с этим принципом? Необходимы ли нам примеры для подражания? Лучше советской системы организации здравоохранения в мире никто не придумал. Я навлекаю на себя гнев многих ретивых реформаторов, но я не видел ни одной системы лучше. Но если эту систему загоняют в безденежье, когда на здравоохранение выделяют только 3,7% ВВП, что в 2 раза ниже нижнего показателя в других странах, то зачем мы говорим о том, какая система лучше? На прошедшем Форуме руководителей медицинских учреждений выступали мои коллеги из Англии. Когда я задал им вопрос, могло бы ваше здравоохранение существовать, если бы на него выделялись 3,7% ВВП, они ответили, что умерли бы. А мы живем благодаря этой системе, которую нужно дополнять, а не разрушать. У нее много было положительного и по профилактике, и по диспансеризации, и по обслуживанию работающего населения. Все это мы сейчас потеряли. Как вы думаете, власть будет и в дальнейшем направлять на здравоохранение значительные средства? Мы об этом все время говорим. Вы можете прочитать программу Общероссийского народного фронта, которая создана при участии «Национальной Медицинской Палаты». Финансовый вопрос также рассматривается в программе. Кроме того, Владимиру Путину на том самом форуме задали конкретный вопрос о финансировании российского здравоохранения, и он на всю страну сказал, что на здравоохранение будет выделяться 5% ВВП. Это в ближайшее время, а через несколько лет эта цифра увеличится до 6%, как минимум. Будет ли достаточно этой суммы?
Если даже точно будут выделяться 6% ВВП, и сохранится структура нашего здравоохранения, мы обгоним все страны. Но на эти планы может повлиять мировой экономический кризис. Вы хотите, чтобы я, детский доктор, прогнозировал финансовую составляющую бюджета нашей страны? Я даже не задумываюсь об этом. Это проблема Минэкономразвития, Минфина, Правительства и Президента. Они и созданы для того чтобы стараться делать так, чтобы любые внешнеполитические колебания меньше всего отражались на жизни россиян. И хоть критики действий правительства во время кризиса было много, я даже думал, что мы не выйдем из этого кризиса так быстро, как это происходит, и думал, что потери в социальной сфере будут еще больше. Как вы относитесь к ограничению общения фармпредставителей с врачебным сообществом? Потеряют ли что-то в результате врачи и пациенты? Я отношусь совершенно отрицательно к безобразиям фармпромышленности, когда они на крючок берут практических врачей, участковых врачей, приносят им бланки рецептов с названиями своих препаратов, и платят им за это деньги. Но нормальная информация медицинского сообщества о лекарствах должна быть, участие фармфирм в проведении конференций, симпозиумов должно быть, но не монопольное, чтобы конференцию не проводила только одна фирма, чтобы одновременно пропагандировались и другие фирмы. А иначе это похоже на взятку. Я против монополии. Сегодня практически все конференции и симпозиумы проводятся за счет фармацевтических фирм. У государства на это нет денег, а это образовательный процесс. Противники запрета на общение между врачами и медпредами опасаются, что это ударит по образованию врачей, у большинства из которых нет возможности покупать специализированные журналы. Что вы об этом думаете? Вот, к примеру, ваш журнал, он же специализированный и не посвящен какой-то одной фирме или ее лекарственному препарату. Если ваш журнал попадает в руки к практикующему врачу, это отлично. Это конкретный пример, как можно работать. Если же журнал пропагандирует только один препарат, питаясь и живя этим, это нехорошо. Обращение к Всероссийскому народному фронту некоторые ставили вам в упрек. Почему, на ваш взгляд? Я вам скажу просто, без участия «Национальной Медицинской Палаты» в Общероссийском народном фронте мы бы Минздравсоцразвития РФ не победили. Это первое. Такая у нас страна, потому в министерстве нас считают врагами, хотя там нас должны благодарить за то полезное дело, которое мы делаем. Надо уметь слушать иное мнение, тем более коллективное. Мы не выступаем против власти, мы решаем профессиональные вопросы, а они должны решаться, и с помощью Народного фронта мы это сделали. Написана программа Общероссийского народного фронта, которая называется «Здоровая нация», под которой может подписаться член любой партии и каждый беспартийный. Эта программа несет только позитив и обязывает руководство страны сделать так, чтобы в течение пяти лет число тех, кто доволен здравоохранением, в стране было в 2 раза больше. Показатель удовлетворенности является базовым в оценке работы системы здравоохранения? Этот показатель включает все. Статистика — это большая ложь. Должно быть проведено выверенное, по-настоящему открытое исследование с одинаковыми маркерами для разных регионов, но чтобы результаты были четкими и ясными для всей страны. Мы будем этим заниматься. Вы, в качестве главы «Национальной Медицинской Палаты», провели грандиозную работу по обсуждению законопроекта «Об основах охраны здоровья граждан РФ». Расскажите, пожалуйста, о ваших единомышленниках и помощниках. Я не один. На сайте «Национальной Медицинской Палаты» указаны все мои единомышленники. Это 60 организаций, которые являются территориальными организациями, профессиональными ассоциациями. То, что они верят НМП, выступают за независимую политику и не боятся гнева министерства, за это им всем надо сказать огромное спасибо и поклониться. «Национальная Медицинская Палата» — это палата не лозунгов, а дела. И мы это доказываем каждый день.
А.ШАРАФАНОВИЧ
