Российский фармрынок растет — по итогам 2025 года объем продаж достиг 5,53 млрд упаковок. Но у этого роста есть обратная сторона: большое скопление просроченных препаратов в домашних аптечках, которые неизбежно оказываются в канализации или на полигоне.
В России до сих пор нет централизованной системы сбора просроченных препаратов от потребителей. Люди выбрасывают их в мусорное ведро или выливают в раковину, не осознавая, что медицинские отходы относятся к высокому классу опасности. Лекарственные препараты обладают высокой степенью токсичности, а их контакт с ультрафиолетом, влагой и перепадами температур может привести к возникновению потенциально опасных для окружающей среды и нас самих химических смесей.
Экологи фиксируют превышение содержания антибактериальных препаратов во флоре и фауне в разы — это чревато появлением новых форм заболеваний. По данным Роспотребнадзора, ежегодно в стране образуется до миллиона тонн медицинских и биологических отходов, и цифра растет.
В отличие от Европы и США, где действуют программы сбора препаратов через аптеки, в России такие инициативы единичны, а их финансирование ложится на бизнес. Реформа обращения с медицинскими отходами, вступившая в силу с 1 сентября 2026 года, — важный шаг к упорядочиванию профессионального оборота отходов. Но пока она не касается бытовой утилизации.
Петербургский опыт: 18 тонн лекарств за год
Единственным регионом, где выстроена работающая система приема опасных отходов от населения (в том числе лекарств), остается Санкт-Петербург. Заместитель председателя комитета по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Михаил Страхов рассказал, что в городе действует 23 стационарных экопункта, два экомобиля и два экоцентра. Туда принимают не только батарейки и лампы, но и просроченные или невостребованные лекарства.
«В экотерминалы лекарства мы не принимаем — там собирают только батарейки и люминесцентные лампы. Прием просроченных и невостребованных лекарств организован в экопунктах, экоцентрах и экомобилях. Все принимает человек и сортирует по всем нормам и правилам. Адреса точек приема и график движения экомобилей размещены на сайте комитета по природопользованию. Это единственный вариант, как сейчас правильно можно сдать лекарства с истекшим сроком годности в Санкт-Петербурге», — отметил Михаил Страхов.
Система работает за счет бюджета: обслуживанием занимается ГБУ «Экострой» в рамках государственного задания. За 2025 год было собрано порядка 17,8 тонны лекарств, а экопункты за год посетили свыше 200 тысяч человек.
Однако собранные препараты — это лишь начало цепочки. Уничтожение недоброкачественных и просроченных лекарственных средств регламентируется постановлением правительства №1447 — оно касается всех препаратов, и от населения, и от юридических лиц.
Как поясняет эксперт рынка обращения с медицинскими отходами, учредитель компаний «Триера-ТОК» и «Фармутилизация» Анатолий Дементьев, собирать лекарства у населения напрямую компаниям запрещено — такого механизма в законодательстве нет. Это может делать только государство в лице уполномоченных структур. Поэтому в Санкт-Петербурге эту работу выполняет комитет по обеспечению экологической безопасности: через подведомственный «Экострой» он собирает препараты от граждан, сортирует их и только затем передает на утилизацию. Причем «Экострой» берет на себя и переборку отходов, чтобы в партию не попали батарейки, лампочки и градусники, которые население приносит в те же пункты сбора.
«Для уничтожения недоброкачественных лекарственных средств физически подходит только один способ — сжигание. Именно поэтому мы эксплуатируем промышленные инсинераторные установки большого размера. Мы получаем уже готовые к сжиганию медицинские отходы класса Г», — поясняет Дементьев.
Почему система не работает в масштабах страны
Независимый эколог Дмитрий Левашов констатирует: системы сбора лекарств с истекшим сроком годности в России нет, все инициативы носят разовый характер.
«За вывоз коммунальных отходов люди платят деньги, значит, у оператора есть финансовый поток. Но его главный стимул — вывезти и закопать, а не переработать. По указу президента о национальных целях, к 2030 году сортировку должны проходить 100% ТКО, захоронение — не более 50%, а переработку — не менее 25%. Но на деле даже на современных полигонах отбирается 12–25%, остальное идет на захоронение. Если в мешках попадаются лекарства, они тоже идут на полигон», — отмечает Дмитрий Левашов.
Он подчеркивает, что очистные сооружения не приспособлены для улавливания лекарственных препаратов в растворимой форме. Зарубежные исследования фиксируют в сточных водах десятки наименований антибиотиков. При непрерывном их поступлении у рыб формируется резистентность к лекарствам.
Блистеры перерабатываются, таблетки — нет
Пока одни эксперты говорят о сборе препаратов, другие развивают смежное направление — переработку упаковки. В частности социальный проект Greenbox, в рамках которого организовано более 150 пунктов по сбору пустой блистерной упаковки в Москве и Подмосковье, Санкт-Петербурге и области, Воронеже, Рязани, Иваново и Нижнем Новгороде. Боксы расположены у партнеров проекта — в аптеках, медицинских клиниках и торговых центрах. Найти удобный пункт можно на официальном сайте, где также сообщается, что из 5000 блистеров получается 1 кг алюминия и 13 кг пластика.
В Москве также есть проект «Экофармацевтика», который с октября 2021 года запустила фармкомпания «Буарон». Фактически это первый в Москве и ЦФО общедоступный механизм приема просроченных и ненужных лекарств от населения. Стационарные точки открыты в Artplay, некоторых магазинах «ВкусВилл», центре «Сборка», а также запущен мобильный формат для офисных и корпоративных сборов.
За пять лет на безопасную утилизацию направлено свыше 15 тонн лекарственной упаковки с остатками препаратов. Все собранное передается Национальной экологической компании: пластик и алюминий идут на переработку, а химические остатки обезвреживаются термическим методом.
«Главный барьер — отсутствие в России государственной системы раздельного сбора лекарственных отходов. Проект существует как частная инициатива одной компании, его масштаб зависит от ресурсов компании», — говорит генеральный директор «Буарон» в России Ирина Никулина.
Эксперт приводит тревожные цифры: в питьевой воде Москвы и области фиксируется более 40 действующих лекарственных веществ. Россиянин в среднем покупает около 30 упаковок лекарств в год, а до половины покупок совершается «на всякий случай». Ирина Никулина выделяет «красный список» препаратов, требующих обязательной сдачи в специальные пункты: все антибиотики, гормональные препараты, антидепрессанты, нестероидные противовоспалительные средства и синтетические сорбенты.
От ведра до инсинератора: чего не хватает системе
Директор по экономике здравоохранения фармкомпании Р-Фарм Александр Быков не раз в своих выступлениях обращал внимание на проблему с утилизацией препаратов от населения. По его словам, существует правовая коллизия: лекарственные средства с истекшим сроком годности и упаковка от них фактически приравниваются к твердым коммунальным отходам. При этом утилизация ТКО допускает повторное применение, а с лекарствами это категорически недопустимо.
«Выходом могло бы стать предварительное обезвреживание лекарств и первичной упаковки путем высокотемпературного сжигания — именно так поступают в США, Франции и Швеции. Чтобы сбор лекарств стал по-настоящему экологической инициативой, необходимо выделить просроченные препараты и их упаковку в отдельную подкатегорию отходов и создать специализированную инфраструктуру для их обезвреживания», — подчеркивает Александр Быков.
Эколог Юлия Якубовская добавляет, что разделять медикаменты по степени опасности не имеет смысла, поскольку все они, став отходами, относятся к токсикологически опасным. При этом она отмечает, что инфраструктура для приема таких отходов от населения в большинстве регионов фактически отсутствует: пункты сбора единичны, расположены неудобно, а их работа не гарантирована. В Москве об инициативе отдельных компаний мало кто знает, а 4 пункта по сбору лекарств, которые выдает поиск в интернете, для многомиллионного города как капля в море.
Опыт Петербурга показывает, что система работает только тогда, когда люди знают о ней. Как подчеркивает Михаил Страхов, важно доносить до людей информацию о правильном обращении с отходами через социальную рекламу и экопросветительские акции.
Редакция GxP News направила запрос в Росздравнадзор, чтобы понять, как устроена система сбора и утилизации лекарственных отходов у населения в стране, насколько эта проблема глобальна и какая информационная работа ведется по взаимодействию с населением в этом вопросе. Однако комментариев редакция не получила.
Пока же система продолжает балансировать между необходимостью перемен и отсутствием инфраструктуры. Реформа 2026 года упорядочила профессиональный оборот медотходов, но бытовая утилизация осталась за рамками регулирования. Каждый выброшенный в ведро лекарственный препарат или блистер — это не просто мусор, а источник опасности, который будет разлагаться сотни лет, отравляя воду, почву и живые организмы.
