Для должностных лиц штраф составит от 10 тысяч до 50 тысяч рублей. Для юридических лиц – от 50 тысяч до 200 тысяч рублей, если речь идет об обращении лекарства без его реализации. Если же препарат с незаконно использованным изобретением продается, юрлицу грозит штраф в размере от 50% до 200% выручки от реализации таких товаров. Одновременно предлагается разрешить арест денег на счетах нарушителя, чтобы обеспечить исполнение решения.
Составлять протоколы по новым нормам должен орган, отвечающий за защиту патентных прав. В качестве такого органа предлагается закрепить Роспатент: у его сотрудников и экспертов есть нужная квалификация для патентно-технических экспертиз. Полномочия ФАС по борьбе с недобросовестной конкуренцией не затрагиваются.
Как указано в пояснительной записке, действующая ч. 2 ст. 7.12 КоАП «не оказывает влияния на предупреждение совершения нарушений в данной сфере, поскольку она значительно ниже потенциальной выгоды от совершения нарушения». Максимальные санкции по этой статье достигают 40 тысяч рублей. В 2024 году полицию лишили права составлять протоколы по этой статье, а новый орган, который мог бы это делать, так и не определили. В итоге нарушители патентных прав на практике почти не несут административной ответственности. Патентные споры, однако, рассматриваются долго – от года до нескольких лет, и за это время контрафакт успевают распродать.
Также разработчики объясняют, что затраты на исследования составляют большую долю цены оригинального препарата, а нынешний штраф слишком мал по сравнению с потенциальной выгодой от нарушения. Минэкономразвития рассчитывает, что новые нормы снизят стимулы к таким нарушениям и повысят инвестиционную привлекательность рынка.
Ассоциация международных фармпроизводителей (АМФП) проанализировала дела, рассматриваемые в российских судах с 2017 по 2025 год и связанные с защитой интеллектуальных прав операторов рынка. В АМФП уточнили, что в обозначенный период компании инициировали более ста исков, предметом которых выступали досрочный вывод дженериков на рынок, принудительное лицензирование и оспаривание патентов. Всего споры шли по 35 МНН, а 25 действующих веществ фигурировали в делах о досрочном выводе аналогов. Среди выявленных тенденций в АМФП назвали, в частности, увеличение срока выхода дженерика до окончания патента – с 3 до 6-7 лет. С этим фактом эксперты связали и значительное сокращение числа мировых соглашений.
Летом 2026 года Vademecum попытался разобраться в актуальной диспозиции на поле патентных боев на примере кейса «Аксельфарма» и спрогнозировать, как регуляторные и судебные решения могут повлиять на настроения и планы российских фармкомпаний.
