Recipe.Ru

Как в России будут выбирать и финансировать прорывные лекарства

Как в России будут выбирать и финансировать прорывные лекарства
Как в России будут выбирать и финансировать прорывные лекарства

Государство и фармбизнес обсудили правила отбора прорывных препаратов, на которые в ближайшие годы направят бюджетные субсидии и регуляторные преференции. Какие мишени войдут в приоритетный реестр, кто возьмет на себя риски ранних клинических исследований, почему инвесторам важны неизменные правила игры на десятилетие вперед и зачем отрасли кооперация с Китаем — все это в материале GxP News.

Ведомства меняют логику финансирования: вместо точечных выплат за отдельные молекулы власти делают ставку на технологические платформы, способные выдавать целые линейки лекарств.

Переход отечественной фармацевтики от воспроизведенных препаратов к созданию оригинальных молекул требует синхронизации науки, регуляторов и бизнеса. На сессии в рамках конгресса «Инновационная практика: наука плюс бизнес» представители профильных министерств, научных агентств, инвестфондов и индустрии обсудили, как выстроить сквозную воронку разработки — от фундаментального поиска до вывода лекарств на рынок.

Первым звеном в этой цепочке выступает генерация научных заделов. Как сообщила заместитель генерального директора Российского научного фонда (РНФ) Елена Попова, сегодня с фондом работают более 55 тыс. ученых и свыше 800 научных организаций и вузов по всей стране. Медико-биологические исследования занимают более 15% портфеля РНФ: за последние пять лет фонд поддержал 2,5 тыс. таких проектов.

По словам Елены Поповой, фонд не просто финансирует науку, но и анализирует накопленный банк разработок вместе с ведомствами и бизнесом.

Чтобы сократить разрыв между лабораторией и производством, РНФ выстраивает кооперацию с институтами развития. Так, на Петербургском международном экономическом форуме фонд заключил трехстороннее соглашение с «Иннопрактикой» и АНО «Инновационный инжиниринговый центр» — партнеры подхватывают проекты на прикладном этапе и помогают искать индустриальных заказчиков.

Кроме того, РНФ подписал соглашение с Минздравом о совместной поддержке создания лекарств и медизделий. Совместная работа уже принесла первые результаты в поиске перспективных направлений. Ведомство и фонд провели два цикла оценки проектов и расширили перечень актуальных биологических мишеней примерно с 70 до 150.

Елена Попова рассказала, что в ходе первой «воронки» из нескольких сотен заявок эксперты отобрали 12 проектов, преимущественно в области терапии солидных опухолей, а после очных презентаций оставили шесть разработок, для которых сейчас ищут фармпартнеров. Во второй итерации первичный отбор прошли 25 проектов, и их детальный разбор еще предстоит.

От научного поиска участники дискуссии перешли к правилам государственной приоритизации разработок. Заместитель министра здравоохранения РФ Сергей Глаголев отметил, что Минздрав совместно с Минпромторгом сформировал критерии отбора и реестр приоритетных целей по нозологиям и биомедицинским технологиям. Главная цель этой работы — ускорить вывод инновационных лекарств и повысить долю отечественных препаратов.

В фокусе государства, по его словам, находятся три ключевых направления: онкология, а также орфанные и аутоиммунные заболевания. Работа охватывает как серийные, так и персонализированные лекарства. В частности, в сегменте биотехнологических препаратов уже зафиксировано 11 одобрений, а параллельно регулятор формирует правовой режим для применения индивидуальных генотерапевтических препаратов.

Сергей Глаголев отметил, что, чтобы сделать венчурные по своей сути проекты более привлекательными для инвесторов, регуляторы и бизнес договорились заранее оценивать вероятность успеха разработки и критерии ее результативности.

Отбор проектов будет строиться по трем контурам: нозологическому (влияние заболевания на инвалидизацию, смертность и расходы системы здравоохранения), технологическому (наличие у разработчиков необходимых компетенций и готовых технологических платформ, позволяющих удешевить и ускорить процесс) и экономическому (общий вклад препарата в экономику, экономическая эффективность и наличие терапевтических аналогов).

Эксперт подчеркнул, что препараты, соответствующие критериям особой значимости, смогут претендовать на ускоренный регуляторный трек, включая условную регистрацию и зачет доклинических и клинических данных. Кроме того, попадание в приоритетный реестр откроет доступ к госзаданиям, займам Фонда развития промышленности и инструментам кластерной инвестиционной платформы.

О том, как эти приоритеты будут подкреплены финансовыми инструментами, рассказала заместитель министра промышленности и торговли РФ Екатерина Приезжева.

В 2027 году Минпромторг продолжит компенсировать компаниям затраты на III фазу клинических исследований, а для поддержки I и II фаз запустит совместную программу с «Иннопрактикой». Программа рассчитана до 2036 года и разбита на два этапа: пилотный (2027–2030 годы) и основной (2030–2036 годы).

На начальном этапе государство готово рассматривать как собственные разработки, так и трансфер технологий или молекул, однако целевой моделью остается создание препаратов полного цикла внутри страны.

Екатерина Приезжева подчеркнула, что действующие субсидии носят заявительный и частично компенсационный характер — бизнес должен сначала вложить собственные средства и доказать результативность, поэтому реальный объем бюджета зависит от инвестиционной активности компаний. Чтобы не просто ждать заявок, ведомство перестраивает программу под запросы рынка.

Первоначально на пилотный этап до 2030 года закладывалось около 25 млрд рублей бюджетных средств на условиях софинансирования 50 на 50 со стороны бизнеса. Однако после первой рабочей встречи с фармкомпаниями Минпромторг получил более 30 встречных предложений. Сейчас ведомство пересматривает показатели программы, планирует обсудить их с более широким кругом лидеров отрасли и детализировать в дорожные карты с жестким контролем этапов.

О том, как платформенный подход уже работает на практике, рассказал заместитель руководителя Федерального медико-биологического агентства (ФМБА России) Игорь Борисевич.

По его словам, с 2020 года агентство объединяет наработки подведомственных институтов в научные кластеры и на их базе строит технологические платформы, привлекая бизнес или господдержку для проведения клинических испытаний и внедрения препаратов.

Представители индустрии и инвестиционного сообщества подтвердили остроту вопроса: времени на раскачку у отрасли почти не осталось. По оценке председателя совета директоров компании «ХимРар» Андрея Иващенко, у российской фармы есть окно всего в 3–5 лет для перехода к инновационной модели, иначе она рискует утратить перспективы развития.

Эксперт привел данные по структуре рынка: при объеме госзакупок около 1 трлн рублей примерно 400 млрд рублей приходится на запатентованные препараты, преимущественно разработки глобальной Big Pharma, вышедшие на рынок до 2022 года. Затем международные корпорации прекратили вывод новинок в Россию, но при этом ежегодно американский регулятор FDA одобряет около 50 прорывных молекул, из которых порядка 25 предназначены для лечения орфанных заболеваний, а еще 20–25 потенциально востребованы в российском здравоохранении.

«Строительство заводов и развитие дженериков — это уже достигнутые результаты, но в стране по-прежнему отсутствует финансирование I и II фаз клинических исследований. Поддержка Минздрава в основном сфокусирована на подведомственных научных учреждениях, а механизм возмещения затрат за успешную III фазу не закрывает потребность бизнеса в средствах на ранних этапах», — отметил Андрей Иващенко.

Еще одним компромиссом при запуске новой системы поддержки стало временное исключение из постановления препаратов класса best-in-class. Ведомства пока не смогли согласовать единое определение этого термина, поэтому решили запустить программу по уже утвержденным критериям для прорывных препаратов, а к вопросу поддержки best-in-class вернуться позже, опираясь на наработки подведомственных Минздраву институтов.

Взгляд со стороны венчурного и частного капитала представил генеральный директор Sk Capital (группа ВЭБ.РФ) Владимир Сакович. Он напомнил, что долгое время фармацевтика и биотех уступали по приоритету у инвесторов таким секторам, как IT, финтех и недвижимость, а вложения в акции фармкомпаний были редкими и зачастую неуспешными. Сейчас ситуация меняется: освобождение рыночных ниш после 2022 года привлекло внимание капитала к отрасли, однако технологический разрыв с мировой фармой, по оценке эксперта, продолжает расти.

Владимир Сакович подчеркнул, что бюджетные гранты и субсидии не безграничны, поэтому отрасли необходимо научиться привлекать полноценный инвестиционный капитал. Эксперт считает, что первые итоги перезапуска инновационной модели можно будет оценивать не ранее чем через 5–7 лет, а выход на устойчивое развитие потребует последовательности и терпения на горизонте 10 лет.

«Критически важно сохранить вырабатываемые сегодня правила игры неизменными на протяжении ближайших 5–10 лет. Если пересматривать их каждые год-два, все вложенные усилия могут попросту обнулиться», — предупредил глава Sk Capital.

Выходом из кадрового и технологического дефицита участники сессии назвали международную кооперацию, прежде всего с Китаем, который, по оценке Андрея Иващенко, уже обогнал США по объему инновационных разработок: в КНР одновременно идет около 4 тыс. клинических исследований против примерно 2 тыс. в США.

Владимир Сакович добавил, что китайская фарминдустрия заметно продвинулась вперед и готова делиться наработками через лицензирование и другие модели партнерства, что позволяет локализовать азиатские технологии в России.

Елена Попова подтвердила, что Китай сегодня является крупнейшим зарубежным партнером РНФ, а медицина, биотехнологии и фармацевтика занимают до 30% в портфеле международных конкурсов фонда. Помимо Азии и стран ЕАЭС, РНФ развивает трек BRICS+ (включая Бразилию, ЮАР и страны Латинской Америки), делая ставку на прикладные исследования с технологическими партнерами.

По ее словам, раннее включение в международную конкуренцию помогает создавать продукты мирового уровня, а выход на внешние рынки критически важен, поскольку внутренний рынок инноваций ограничен. Андрей Иващенко предложил использовать доступные китайские разработки и технологические платформы для совместного создания лекарств, чтобы в ближайшие 3–5 лет наполнить отечественный инновационный пайплайн.

Exit mobile version