«Медицинское право», 2003, N 2
ДОЛЖНОСТНЫЕ ПРЕСТУПЛЕНИЯ В СФЕРЕ ЗДРАВООХРАНЕНИЯ: ПОЛУЧЕНИЕ ВЗЯТКИ, СЛУЖЕБНЫЙ ПОДЛОГ
В статье рассмотрены вопросы квалификации должностных преступлений в сфере здравоохранения на примере получения взятки и служебного подлога. Автор обосновывает необходимость освещения правовых проблем при определении субъектов преступлений против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления. Общим основанием для признания тех или иных лиц должностными следует считать характер выполняемых ими функций: административно-хозяйственный, организационно-распорядительный или профессиональный. Особое внимание уделено анализу постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6 от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе». Приведен перечень благ, составляющих предмет взятки. Предлагается характеристика официального документа.
Рассматривая должностные преступления, целесообразно изначально раскрыть понятие должностного лица, т.к. оно является субъектом данных преступлений. В российской следственной и судебной практике возникает еще немало трудностей при решении вопросов о признании отдельных категорий работников должностными лицами и имеется тенденция как к расширению, так и к сужению круга лиц, признаваемых субъектами должностных преступлений. К проблеме определения субъектов преступлений против интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления и преступлений против интересов службы в коммерческих и иных организациях на страницах журнала «Российская юстиция» обращались многие известные авторы, в частности профессора Б.Волженкин, П.Яни. Однако считать ее разрешенной — преждевременно. Существенным содержательным отличием понятия должностного лица в действующем УК (примечание 1 к ст. 285) от определения должностного лица, указанного в примечании к ст. 170 УК РСФСР, является то, что из категории должностных выпадают лица, выполняющие определенные функции в государственных учреждениях. Это, прежде всего, начальники производств, главные инженеры, генеральные директора унитарных предприятий. Согласно закону, теперь они являются управленцами коммерческих и иных организаций и в случае совершения ими злоупотреблений должны привлекаться к уголовной ответственности по статьям главы 23 УК. В этой связи вызывает удивление положение, содержащееся в п. 10 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 5 ноября 1998 г. «О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения», где внимание судов обращено на то, что в случаях, когда виновным в совершении экологического преступления признается должностное лицо государственного предприятия, оно должно нести ответственность по соответствующей статье за совершение экологического преступления, а при наличии в действиях признаков злоупотребления должностными полномочиями — несет также ответственность, соответственно, по ст. 285 УК РФ. Кроме того, необходимо отметить, что п. 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6 от 10 февраля 2000 г. «О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе» расширяет перечень лиц, выполняющих управленческие функции в коммерческих и иных организациях за счет отнесения к ним также поверенных, представляющих в соответствии с договором интересы государства в органах управления акционерных обществ (хозяйственных товариществ), часть акций (доли, вклады) которых закреплена в федеральной собственности. Значительное число практических работников подвергает критике современное законодательное определение должностного лица и предлагает вернуться к тому, чтобы к должностным относить и лиц, занимающих определенные должности на государственных и муниципальных предприятиях. Данное предположение представляется неприемлемым в связи с тем, что положения УК РФ напрямую коррелируют с нормами Гражданского кодекса, в частности, со ст. 50. Наряду с вышеуказанным в теории остается дискуссионным вопрос об отнесении к должностным лицам врачей. После вступления в действие Уголовного Кодекса РФ 1996 г. Верховный Суд РФ в своих решениях по конкретным делам ориентировал судебную практику на сохранение и соблюдение следующего подхода: если на работников государственных и муниципальных учреждений, исполняющих в них профессиональные обязанности, специальным нормативным актом возлагается исполнение обязанностей, связанных с осуществлением в отношении граждан или юридических лиц действий, имеющих юридическое значение (т.е. с установлением, изменением или прекращением их прав и обязанностей), то таких работников следует рассматривать в качестве должностных лиц (врач, выдавший больничный лист и т.д.). Так, судебная практика по уголовным делам Верховного Суда РФ признала правильным осуждение врача-хирурга Ф. за совершение служебных подлогов из корыстных побуждений и неоднократное получение взяток, за выдачу фиктивных листков нетрудоспособности <1>. Другой пример: ставропольским краевым судом 27 июля 1999 г. врач Ш., председатель медицинской комиссии при городской поликлинике, осужден по п. "б" ч. 4 ст. 290 УК РФ. Ш. признан виновным в том, что, являясь врачом-терапевтом городской поликлиники и по совместительству - заместителем заведующего горздравотделом администрации г. Невинномысска, назначенным на должность председателя медицинской водительской комиссии при поликлинике, злоупотребляя своим служебным положением в течение 1997-1998 гг. при приеме граждан, проходящих медицинскую комиссию, получал взятки за выдачу медицинских справок о профессиональной пригодности. На наш взгляд, мнение А.Павлинова о том, что общим основанием для признания тех или иных лиц должностными следует считать характер выполняемых ими функций, является совершенно правильным, соответствующим закону <2>. Одни и те же категории работников по характеру и содержанию деятельности могут выполнять как функции, связанные с административно-хозяйственными либо организационно-распорядительными обязанностями, так и функции, связанные с профессиональной деятельностью. Поэтому решающим признаком в этих случаях будет установление того, выполняло ли данное лицо в конкретном случае должностные или профессиональные функции. Этот критерий применим ко всем названным категориям работников. Следовательно, должностными лицами в сфере здравоохранения будут являться: руководители ЛПУ (главные врачи, начальники госпиталей, МСЧ), их заместители, руководители структурных подразделений (заведующие отделениями) и лица, выполняющие организационно-хозяйственные и административные функции (главные и старшие медицинские сестры). В некоторых комментариях к действующему УК к категории должностных лиц приравниваются и рядовые медицинские работники, принимающие решения, дающие заключения или оформляющие документы, на основании которых у пациентов появляются определенные права и обязанности. Например, врач, дающий экспертное заключение и выполняющий функции эксперта, и врач, оформляющий больничный лист, должны приравниваться к должностным лицам. Таким образом, врач, получающий от пациента деньги за выполнение только лечебных и диагностических мероприятий, не будет подлежать уголовной ответственности. В старом УК была статья под названием "Получение незаконного вознаграждения за выполнение работ, связанных с обслуживанием населения", по которой могли привлекаться к ответственности и рядовые медицинские работники. Теперь она упразднена.
Получение взятки (ст. 290 УК РФ)
В соответствии с действующим уголовным законом под получением взятки понимается получение должностным лицом лично или через посредника взятки в виде денег, ценных бумаг, иного имущества или выгод имущественного характера за действия (бездействие) в пользу взяткодателя или представленных им лиц, если такие действия (бездействие) входят в служебные полномочия должностного лица, либо в силу должностного положения может способствовать таким действиям (бездействию), а равно за общее покровительство или попустительство по службе. Взяточничество является одной из наиболее распространенных в России форм коррупционной преступности <3>. Непосредственный объект преступления - интересы государственной службы и службы в органах местного самоуправления. В качестве дополнительного объекта могут выступать права и законные интересы граждан или организаций. Предметом получения взятки могут быть деньги (ст. 140 ГК РФ), ценные бумаги (ст.ст. 142, 143 ГК РФ), иное имущество или выгоды имущественного характера. К иному имуществу согласно гражданскому законодательству можно отнести движимое (мебель, автомашины, компьютер и пр.) и недвижимое (участки земли, здания, сооружения и т.п.) имущество. В п. 9 постановления Пленума Верховного Суда РФ N 6 от 10.02.2000 г. "О судебной практике по делам о взяточничестве и коммерческом подкупе" разъясняется, что предметом взятки наряду с деньгами, ценными бумагами и иным имуществом могут быть выгоды имущественного характера, оказываемые безвозмездно, но подлежащие оплате (предоставление туристических путевок, в том числе за рубеж, ремонт квартиры, строительство дачи и т.п.). Под выгодами имущественного характера следует понимать, в частности, занижение стоимости передаваемого имущества, уменьшение арендных платежей, процентных ставок за пользование банковскими ссудами. Не могут признаваться получением взятки принятие должностным лицом государственных наград, почетных званий, сувениров, подарков к юбилейным датам, государственным праздникам. Получение взятки должностным лицом обусловлено четырьмя возможными вариантами его действий (бездействия) в пользу взяткодателя или представляемых им лиц: 1. Действия (бездействие), которые входят в служебные полномочия должностного лица. К ним относятся, к примеру, действия лица по приему на работу, учебу, выделение государственных кредитов, муниципальной квартиры, бездействие должностного лица, обязанного проводить регулярные контрольные проверки санитарного состояния конкретного хозяйствующего объекта, и т.д. 2. Действия (бездействие), которые не входят в служебные полномочия должностного лица, но оно может способствовать им в силу своего должностного положения. В п. 4 указанного постановления Пленума Верховного Суда РФ отмечается, что под должностным положением следует, в частности, понимать значимость и авторитет занимаемой должности, нахождение в подчинении иных должностных лиц, в отношении которых осуществляется руководство со стороны взяткополучателя. 3. Общее покровительство заключается в необоснованной поддержке подчиненного при продвижении по службе, его поощрении, представлении к государственным наградам и т.п. 4. Попустительство по службе заключается в необоснованном отсутствии реакции должностного лица на дисциплинарные проступки, упущения в работе подчиненных. Состав преступления - формальный, оно признается оконченным с момента получения взятки независимо от того, совершены ли обещанные действия или нет. В соответствии с п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 10.02.2000 г. получение должностным лицом взятки считается оконченным преступлением с момента принятия им хотя бы части передаваемых ценностей. Субъективная сторона преступления предполагает наличие прямого умысла: виновный осознает общественную опасность получения взятки и желает ее получить. Обязательным признаком субъективной стороны является мотив: корыстные побуждения.
Служебный подлог (ст. 292 УК РФ)
В соответствии с действующим уголовным законодательством под служебным подлогом понимается внесение должностным лицом, а также государственным служащим органа местного самоуправления, не являющегося должностным лицом, в официальные документы заведомо ложных сведений, а равно внесение в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание, если эти деяния совершены из корыстной или иной личной заинтересованности. Непосредственный объект преступления — интересы государственной или муниципальной службы, а также порядок составления и оборота официальных документов. Предмет преступления — официальные документы. Данный вопрос отличается сложностью и неоднозначностью, остановимся на нем подробнее. Официальный документ — это документ, имеющий официальный источник. Это означает, что данный документ должен исходить от юридического лица, иметь установленную форму, реквизиты, издаваться в соответствии с нормативными процедурами. По общему правилу, из документа должно быть ясно, кто его создал (реквизиты углового штампа, наименование и необходимые данные организации, должностного лица), кому адресуется документ, чем удостоверяется (печать, подпись). Документ, составленный частным лицом, или документ от имени несуществующей организации не может считаться официальным. Однако, в случае официального заверения частного документа (доверенности, заявления, договора, завещания и др.) должностным лицом, нотариусом и иным компетентным органом, данный документ должен признаваться официальным, поскольку, во-первых, уже исходит от официального органа, во-вторых, приобретает юридический характер. В настоящее время к официальным документам, которые являются предметом подделки, следует относить документы, выдаваемые предприятиями и учреждениями независимо от их организационно-правовой формы, зарегистрированными в установленном порядке образования юридического лица <4>. Данный подход нам представляется предпочтительным и сегодня становится общепризнанным. Однако есть и противоположные точки зрения. Например, С.В.Максимов ограничивает круг официальных документов принадлежностью к государственным (муниципальным) органам, учреждениям, организациям, предприятиям <5>. Данное ограничение представляется необоснованным. Во-первых, в соответствии с законодательством, государственные и муниципальные унитарные предприятия являются одним из видов хозяйствующих субъектов, правовой режим создания и функционирования которых, с некоторыми изъятиями и особенностями, подчиняется общим (для всех юридических лиц) правилам. Во-вторых, государственные органы и органы местного самоуправления вправе выступать полноправными участниками (учредителями) различных субъектов предпринимательской и иной деятельности. В-третьих, негосударственные предприятия и организации, обладая определенной самостоятельностью, вместе с тем органично вплетены в государственную сферу общества, что, прежде всего, обеспечивается их государственной регистрацией, законодательным установлением порядка их образования и деятельности, государственным контролем, иными правовыми средствами и гарантиями. Официальный характер документа связан с таким его свойством, как публичность. Данный признак предполагает определенную форму документа, пригодную для восприятия адресатом или неопределенным кругом субъектов. Документ в широком уголовно-правовом смысле может существовать в виде кино-, видео-, магнитофонной, компьютерной записи, зафиксирован с помощью соответствующих носителей информации. Однако официальный документ должен быть доступен его пользователю, распознаваем (расшифрован), идентифицирован. Кроме этого, официальный документ должен быть достаточно компактным, существенным, трансформирован в общепринятую документную форму. К примеру, медицинская карта (история болезни) является документом в широком правовом аспекте, однако официальным документом выступает, как правило, не данная карта, а выписка из нее, удостоверенная соответствующим образом, либо данная карта выступает в виде приложения к какому-либо официальному документу, например, сопроводительному письму. В этом отношении для правоприменительной практики могут иметь значение положения Федерального закона от 25 января 1995 г. "Об информации, информатизации и защите информации", а также Временные общеотраслевые руководящие указания о придании юридической силы документам, создаваемым средствами вычислительной техники <6>. Закон "Об информации, информатизации и защите информации" определяет документ, как зафиксированную на материальном носителе информацию, позволяющую ее идентифицировать (ст. 2). В соответствии со ст. 5 данного Закона полученный из автоматизированной системы документ приобретает юридическую силу после его подписания должностным лицом в порядке, установленном российским законодательством. Юридическая сила хранимого, обрабатываемого и передаваемого с помощью автоматизированных информационных и телекоммуникационных систем документа может подтверждаться электронной цифровой подписью. Причем, сила такой подписи признается при наличии в системе программно-технических средств, обеспечивающих идентификацию подписи <7>. Объективная сторона преступления выражается в совершении одного из следующих действий: 1. внесения в официальные документы заведомо ложных сведений; 2. внесения в указанные документы исправлений, искажающих их действительное содержание. Состав преступления формальный, оно признается оконченным с момента внесения в официальный документ заведомо ложных сведений либо исправлений, искажающих его действительное содержание. Субъективная сторона преступления характеризуется прямым умыслом. Обязательным признаком субъективной стороны является мотив: корыстная или иная личная заинтересованность. Корыстная заинтересованность при служебном подлоге выражается в стремлении виновного получить материальную выгоду незаконным путем. Согласно п. 17 постановления Пленума Верховного Суда СССР "О судебной практике по делам о злоупотреблении властью или служебным положением, превышении власти или служебных полномочий, халатности и должностном подлоге" иная личная заинтересованность может выражаться в стремлении извлечь выгоду неимущественного характера, обусловленную такими побуждениями, как карьеризм, семейственность, получение взаимной услуги, попытка скрыть свою некомпетентность и т.д. В заключение следует сказать, что ряд остро актуальных вопросов, по разным причинам, оказался не разрешенным: момент окончания получения взятки, когда предметом взятки являются выгоды имущественного характера; понятие лица, занимающего государственную должность РФ или государственную должность субъекта РФ; отграничение взятки от подарка (ст. 575 ГК РФ) и некоторые другие. Очевидно, что юридическая наука и следственно-судебная практика должны выработать критерии решения этих вопросов.
<1> См.: Обзор законодательства и судебной практики Верховного Суда РФ за четвертый квартал 1998 г. М., 1998. С. 17. <2> См.: Павлинов А. Круг субъектов должностных преступлений требует уточнения // Российская юстиция. 2001. N 9. С.63. <3> См.: Малиновский И.Б. Коррупция: проблемы уголовной ответственности государственных служащих. М., 1996. С. 83-97; Максимов С.В. Коррупция в России. Уфа. 2000. С. 10-16. <4> См.: Щиголев Ю.В. Уголовно-правовой анализ подделки официальных документов и использования подложных документов // Юридический мир. 1999. N 5-6. С.35. <5> См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Особенная часть./ Под ред. Скуратова Ю.И. и Лебедева В.М. М., 1996. С. 513. <6> См.: Собрание законодательства, 1995. N 8. С. 609; Бюллетень нормативных актов министерств и ведомств СССР. 1981. N 9. С. 9. <7> См.: Косовец А.А. Правовой режим электронного документа // Вестник МГУ. Сер. 11. 1997. N 5. С. 48-59; Сперанский В. Бездокументарные ценные бумаги // Российская юстиция. 1998. N 4. С. 12-14.
Старший преподаватель кафедры
гражданско-правовых дисциплин
Кисловодского института экономики и права С.В.ЕГИЗАРОВА
