«Качество медицинской помощи», 2003, N 2
БЕЗ ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ И КОММЕНТАРИЕВ ОТМЕНЕН «ПЯТЫЙ» ПРИКАЗ МИНЗДРАВА РФ
10.12.2002 неожиданно для всех министр подписал приказ об отмене Приказа МЗ РФ от 13.01.95 N 5. Таким образом, отменен приказ, которым были утверждены положения о заместителе главного врача по КЭР и о клинико-экспертной комиссии. Следует ли из этого, что Минздрав отменил должность заместителя главного врача по КЭР и его ставку надо сокращать? — Нет, и еще раз нет. Во-первых, потому что сейчас в Минздраве идет активная работа по созданию нового приказа по клинико-экспертной работе и в нем эту должность предполагается сохранить. Во-вторых, в номенклатуре должностей учреждений здравоохранения есть должность «заместителя главного врача». Право решать, по какой части главному врачу нужен заместитель, он решает, как правило, сам. Так, во многих ЛПУ работают заместители главного врача по терапии, по детству и родовспоможению, по КДЦ, по кадрам и т.п. И никто не считает это противоправным. Право главного врача ввести должность своего заместителя по КЭР ничуть не отличается от его права на создание должности заместителя по хирургии. В-третьих, в сегодняшних условиях должность заместителя руководителя по КЭР в ЛПУ объективно необходима. Платежи в рамках социального страхования по платежным документам или медицинским заключениям, выдаваемым в ЛПУ, возрастают. Соответственно растет ответственность тех, кто выдает эти документы, ужесточаются проверки этой работы. Опыт подсказывает, что главный врач может быть спокоен за КЭР лишь при наличии в составе ЛПУ лица, которое разбирается в клинико-экспертной работе и способное проконтролировать действия всех сотрудников, имеющих к ней отношение. Такое лицо должно иметь необходимые полномочия. Должность заместителя главного врача по КЭР дает их в полной мере. Таким образом, мы полагаем, что грубую ошибку делают те главные врачи, кто, узнав об отмене «пятого приказа», спешит сократить должность заместителя главного врача по КЭР. Нашим читателям, безусловно, интересно знать, что стоит за столь странным шагом Минздрава? Дело в том, что деятельность клинико-экспертных комиссий касается не только Минздрава РФ. Их решения требуют определенных действий от других ведомств и лиц, в том числе работодателей, фондов социального страхования, учреждений системы Минтруда и социального обеспечения. А это означает, что по закону все документы, регламентирующие деятельность КЭК, должны быть зарегистрированы в Минюсте РФ. Минздрав пытался сделать это дважды — в 1995 и 1996 гг., однако Минюст предложил доработать приказ и вернул его незарегистрированным. На этом чиновники Минздрава решили успокоиться — авось пронесет. Однако не пронесло. Дело в том, что граждане, не довольные решениями КЭК, имеют право опротестовать эти решения в судах. Многие воспользовались этим правом. Суды, разбирая иски граждан к ЛПУ (КЭК), обязательно спрашивают у ответчика документацию, регламентирующую работу КЭК. И вот здесь выясняется, что основной нормативный акт, регламентирующий деятельность КЭК — Положение о клинико-экспертной комиссии, — не имеет законной силы, так как не зарегистрировано в Минюсте. Назревал скандал, и в 2001 году Минюст обратился в Минздрав срочно предоставить приказ для регистрации. Минздрав замешкался, задержался и… совсем отменил приказ. Так что, если кто-то из главных врачей считает необходимым, исходя из отмены «пятого приказа», ликвидировать ставку своего заместителя по КЭР, то, согласно этой логике, ему следует отменить также и клинико-экспертную комиссию. В чем проблема работы над новым приказом? Во-первых, работа эта должна проводиться совместно с Фондом социального страхования. Ведь речь, в сущности, идет о регламенте выдачи документов социального страхования, а значит, разрабатывать этот регламент должен, в первую очередь, Фонд социального страхования, а не Минздрав. Во-вторых, у Фонда социального страхования и у Минздрава нет единого представления о том, чем должен заниматься председатель клинико-экспертной комиссии — исключительно экспертными вопросами или плюс к тому еще и вопросами контроля качества медицинской помощи. В-третьих, нет до конца ясности, почему ЛПУ обязаны из своих средств оплачивать персонал, занятый экспертизой нетрудоспособности и выдачей соответствующих документов. Более того, совсем неясно, почему ЛПУ и отдельные врачи должны нести финансовую ответственность за нарушения при проведении этой навязанной им посторонней работы. Как видно, неясностей и противоречий хватает. Новый приказ должен будет хоть отчасти снять их. Снимет ли? — Надо подождать.
И.С.МЫЛЬНИКОВА
