Статья. «Светлана Кононова: «Работники фармотрасли не раз обеспечивали снижение социальной напряженности» (Редакционный материал) («ГлавВрач», 2011, N 6)

new_adm

11 лет назад

«ГлавВрач», 2011, N 6

СВЕТЛАНА КОНОНОВА: «РАБОТНИКИ ФАРМОТРАСЛИ НЕ РАЗ ОБЕСПЕЧИВАЛИ СНИЖЕНИЕ СОЦИАЛЬНОЙ НАПРЯЖЕННОСТИ»

Вопросу госрегулирования цен на ЖНВЛС была посвящена научная конференция, организованная Нижегородской ассоциацией фармацевтов. Ее участники — руководство ассоциации, чиновники и игроки фармрынка — высказали свое мнение по данной проблеме. Своими мыслями по этому поводу поделилась с нами декан фармацевтического факультета, заведующая кафедрой управления и экономики фармации и фармацевтической технологии Нижегородской государственной медицинской академии, председатель Фармацевтического совета ПФО, доктор фармацевтических наук, член-корреспондент РАЕН и руководитель правления Нижегородской ассоциации фармацевтов Светлана Кононова.

Рыночная категория или механизм госрегулирования

Светлана Владимировна, как Вы оцениваете реформу государственного регулирования цен?
Сложный и объемный вопрос. Фармацевтический рынок — это та социальная среда, в которой мы работаем, и наше место в этой среде с точки зрения исполнения всех профессиональных признаков — и достигаемых, и недостигаемых. Что касается престижа профессии, то здесь все в руках фармацевтического работника. Система изменения цен на лекарственные средства касается и социального статуса, и престижа фармацевтического работника, потому что какие бы правила ценообразования ни принимались, потребитель всегда останется недоволен ценой. Цена всегда будет для него очень высока, а высокая цена — это всегда недовольство. Прежде всего продавцом, которым является представитель розничной фармацевтической организации. И мы с вами этого изменить не сможем. Поэтому на фармацевтического работника ложится очень большая ответственность: понимание сути этой проблемы, понимание опасности на современном этапе и ответственности за то, чтобы это понимание превратить в понимание потребителя. К великому сожалению, потребитель не может полностью разбираться в том, что происходит сегодня на фармацевтическом рынке. У него свои мысли, свои доводы, и нам нужно донести до него необходимую информацию. Дело в том, что когда мы рассматриваем с вами систему государственного регулирования цен, мы всегда пытаемся ответить на два вопроса: это социальная выгода или это экономические потери. С точки зрения потребителя, конечно, это социальная выгода, потому что все население Российской Федерации, а в первую очередь больные люди, с 1 января и до 1 апреля 2010 г. ждали этого времени, ждали низких цен. Что касается хозяйствующего субъекта фармацевтической деятельности, то для него государственное регулирование цен никакой экономической выгоды не несет. Чаще всего это экономические потери. Кроме государственного регулирования, контроль цен на лекарственные средства (ЛС) сегодня осуществляется и другими способами. Если мы будем рассматривать сектор обязательного обеспечения необходимыми ЛС, то здесь контроль осуществляется в двух направлениях. Первое направление — это рациональное использование финансовых средств. Второе направление — это рациональное использование собственно самих лекарственных средств. В этом случае невозможно найти третий, четвертый или пятый фактор. О чем бы мы ни говорили, мы все равно выйдем на эти два основных направления. Что касается розничного сегмента, то здесь контроль над ценами вызывает много вопросов, потому что система ценообразования на фармацевтическом рынке слишком многообразна.
Рассматривая систему ценообразования, мы в первую очередь говорим о том, что представляет собой механизм ценообразования. По вашему мнению, это скорее рыночная категория или механизм госрегулирования?
Если анализировать с точки зрения экономики, механизм ценообразования — это все-таки рыночная категория. Но в новой России начиная с 1990-х гг. этот термин претерпел изменения. И фактически из рыночной категории он превратился в механизм государственного регулирования. Почему начало 90-х гг.? Фармацевтические работники помнят, что было принято государственное решение о первом повышении цен в четыре раза. Тогда появились первые перечни жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств. И цель этого перечня как раз была связана с регулированием цен, хотя в то время это звучало очень мягко — «государственная регистрация цен заводов-изготовителей». Тогда речь не шла конкретно о регулировании цен. Однако если внимательно посмотреть документы тех годов, становится понятно, что это действительно было сделано для государственного регулирования, потому что во второй части этого документа указывалось, что права по регулированию торговых надбавок были переданы на уровень субъекта РФ. И эта практика сохранилась до настоящего времени. Но произошло принципиальное изменение. И сегодня мы уже говорим не о государственной регистрации цен заводов-изготовителей, а о действительно государственном регулировании цен по перечню жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств.
Чем же является сегодня ценообразование на лекарственные средства для фармацевтических работников?
Как бы ни говорили, но на сегодняшний день — и я все больше и больше убеждаюсь в этом, и в том числе с юридической точки зрения,- все-таки в большей степени это норма запретительная. Потому что сегодняшняя система ценообразования на важнейшие и жизненно необходимые лекарственные средства запрещает субъекту хозяйственной деятельности многие моменты: он не имеет права выйти за рамки установленных цен, за рамки обязательного ассортимента, хотя на данный момент сам перечень обязательного ассортимента законодательством не приводится. Ценообразование на лекарственные средства — это скорее императивные нормы, хотя есть и элемент разрешения. Сегодня хозяйствующий субъект сам имеет право выбирать уровень торговых надбавок, но в рамках торговых надбавок, которые установлены законодательно: можно сделать и 40%, можно 20 или 9%. Но этот разрешительный элемент в общей системе прав занимает очень маленькую долю, которая никоим образом не возмещает экономические потери фармацевтическим организациям. Цены никогда не будут удовлетворительными, потому что для хозяйствующего субъекта цена всегда будет казаться несправедливо низкой, если она регулируется государством, а для покупателя она всегда будет казаться несправедливо высокой. Как бы мы ни хотели что-то изменить, мы имеем дело с элементом психологии. Тем не менее в этих условиях приходится работать, и эти условия сегодня ужесточены. Надежды, которые возлагали на закон потребители (я имею в виду и физических лиц, и потребителей в лице государственных органов), не оправдались. Потребителей наших услуг много. Один из видов услуг, которые мы оказываем государству,- это выполнение установленной государственной нормы. Мы просто никогда не рассматривали хозяйствующий субъект с этой позиции, а ведь это на самом деле так. Разница лишь в том, что когда хозяйствующий субъект выполняет государственную норму, он выступает в лице порядочного партнера. Нельзя нарушать нормы, которые установлены государством: только в таком случае выстраиваются партнерские отношения. Но почему-то государственные структуры не всегда ведут себя по-партнерски. Это как раз пример некорректного отношения государственных органов к хозяйствующим структурам, которые обеспечивают в конечном итоге не только налогооблагаемую прибыль, но и снижение социальной напряженности в обществе. Работники фармацевтической отрасли уже не раз обеспечивали снижение социальной напряженности. Кто работает давно в этой сфере, это знают. Были периоды, когда фактически всю льготную систему лекарственного обеспечения вынесли на себе фармацевтические работники, когда дебиторская задолженность превышала весь объем товарооборота фармацевтической организации. Когда прошел процесс приватизации фармацевтических компаний, опять же государственные муниципальные аптечные предприятия вынесли на себе все бремя нагрузки по производству лекарств, по изготовлению лекарственных средств и по обеспечению населения наркотическими средствами и психотропными веществами. Это был следующий этап. Я привела эти исторические детали, чтобы показать, что действительно государство немного недооценивает социальной роли фармацевтики. Причем социальная роль может быть как положительной, так и отрицательной. И, естественно, прямо или косвенно она сказывается и на системе здравоохранения. Как бы хороша ни была медицина, врачи всегда разделяют эту точку зрения: без лекарственных препаратов, без фармацевтики медицина существовать не может. Имея самого идеального врача или самое идеальное оборудование, даже элементарно без дезинфицирующих препаратов (я уж не говорю обо всем остальном) лечить людей невозможно. И как бы то ни было, эта ситуация будет постоянно. И в этих условиях постоянно работают фармацевтические организации. Главная цель, которую преследовали государственные органы, изменяя систему государственного регулирования,- обеспечить доступность собственно лекарственных средств, доступность медицинской помощи посредством этих ЛС и предоставление населению возможности сохранения собственной жизни. Перечень так и называется — «перечень жизненно необходимых и важнейших лекарственных средств». Я не берусь судить о качестве перечня, хотя специалисты знают, что на сегодняшний день в нем много лекарственных препаратов, эффективность, рациональность и необходимость которых не подтверждены в полной мере.

Плюсы и минусы системы госрегулирования цен

Какие же Вы отметите плюсы и минусы в системе регулирования цен на жизненно необходимые и важнейшие ЛС?
Начнем с плюсов. Во-первых, это снижение социальной напряженности. Я считаю, что этого государственные органы и Правительство РФ достигли. Дело в том, что народ ждал снижения цен еще с 1 января этого года. Он не возмущался, не ругался на фармацевтический рынок, он ждал. То есть социальная напряженность на определенном этапе была снижена. Второй плюс — это рациональное использование финансовых средств. Да, конечно, в определенной степени рациональное использование на сегодняшний день уже есть. Но опять же это не совсем так, особенно, что касается лечебно-профилактических учреждений. Казалось бы, установлены новые цены на ЛС, но ЛПУ сегодня работают еще по государственным контрактам, заключенным до вступления в силу нормативных документов по ценообразованию. Поэтому многие цены на ЛС сегодня гораздо выше, чем цены, установленные в соответствии с регистрацией и перечнем жизненно необходимых ЛС. Это тоже маленькое лукавство. Да, это будет плюсом, но плюсом как минимум к концу года, когда закончатся государственные контракты, по которым работает сегодня лечебно-профилактическая сеть. Третий явный плюс заключается в ужесточении конкуренции. Когда конкуренция жесткая, нужно искать пути удержания клиента, мобилизовать себя. Но, с другой стороны, ужесточение конкуренции — еще и большой минус. Потому что оно происходит не за счет рыночных механизмов, а путем вмешательства государства, в чем заключается очень большая опасность.
Светлана Владимировна, что же мы можем отнести к минусам?
Во-первых, снижение предпринимательской активности. В том плане, что сегодня, прежде чем открыть новую аптеку, нужно 10 раз взвесить свое решение. Во-вторых, сегодня предприниматели опасаются расширять свой ассортимент из страха неведения того, что случится завтра. «Дефектура» — такое магическое слово, которое было привычным для нас с вами в прошлом веке и которое мы фактически забыли. Существует опасность, что дефектура сегодня есть и будет. Виноватыми в этом нельзя считать фармацевтических работников, потому что отказы, которые делаются ими сегодня, относятся к категории обоснованных. Более того, на практике наблюдается такая ситуация, когда есть лекарственный аппарат, но реализовать его невозможно, потому что на него не зарегистрирована цена. Или же зарегистрирована цена на одну форму, а в перечне жизненно необходимых ЛС указана другая форма этого препарата. И, наконец, самый большой минус — это снижение финансово-экономической устойчивости субъектов фармацевтической деятельности. Некоторые руководители считают, что доля того, что мы потеряем сегодня, невысока. Но я думаю, что это не так, потому что даже если потери составят до пяти процентов (правильнее будет сказать убытки увеличатся на пять процентов), то это уже катастрофа. По некоторым предприятиям так и получается, потому что перечень жизненно необходимых лекарств занимает очень большой удельный вес. Если мы будем говорить о финансово-экономической устойчивости, у меня есть большое опасение, что падение устойчивости не остановится на сегодняшнем уровне. Это связано с тем, что происходит переоценка цен и налоговые инспекции пока не в курсе этих дел. Пока неизвестно, чем это может закончиться. Субъекты хозяйственной деятельности узнают об этом, когда будут сдавать отчеты. Потому что в учетной политике ни одной из этих организаций не прописано, что они проводят переоценку ценностей и относят это к издержкам обращения. Если бы это было отражено в учетной политике, то вопросов бы не было. Это можно было предусмотреть. Целесообразно было в государственном масштабе издать документ, в котором ввести переоценку на 1 апреля. И тогда уже на полном законном основании эти расходы можно было бы отнести к издержкам обращения. Тем самым можно занизить прибыли организаций на полном законном основании.
Хотелось бы узнать, какого рода ЛС в нижегородских аптеках больше?
Лекарственные средства в ассортименте продаж сегодня занимают 40-65%, парафармацевтика — 20-40, косметические средства — 15-20%. Казалось бы, в аптечных предприятиях 60% товаров, цены на которые никак не регулируются. Однако косметических салонов и магазинов вокруг каждой аптеки миллион. И конкурировать аптеке в этом плане очень трудно. Аптека никогда не увеличит свои экономические показатели за счет косметических средств. Вернемся к тому, почему многим фармацевтическим организациям сейчас тяжело. Потому что в некоторых из них препараты перечня жизненно необходимых лекарственных средств занимает удельный вес почти в 60 процентов. Причем это жестко регулируемые цены, и этот ассортимент пока приводит к убытку. Да, в последующем это может измениться, но на сегодняшний день ситуация такова. На нашем рынке сохранилась та дифференциация цен, которая была до 1 апреля. То есть цены дифференцированы по ценам производителя, по товарной группе и по покупателям.
Светлана Владимировна, Нижегородская ассоциация фармацевтов проводила анализ уровня предельных оптовых надбавок по Приволжскому федеральному округу. Расскажите о нем.
Уровень предельных оптовых надбавок в Нижегородской области фактически совпадает с уровнем в Кировской и Пензенской областях. В территориях, что от Нижегородской области с левой стороны, уровень оптовых надбавок ниже (Башкортостан, Мордовия, Татарстан, Удмуртская Республика, Чувашская Республика, Саратовская, Ульяновская области, Пермский край). И только в двух территориях уровень оптовых надбавок выше, чем в Нижегородской области (Марий Эл и Самарская область). Если мы посмотрим по розничным ценам, то здесь ситуация немного лучше. Выше цены в трех территориях, такой же уровень в Пензенской области. Во всех остальных цены ниже, чем в Нижегородской области. Обратите внимание, что целый ряд территорий ввел отдельные торговые надбавки на наркотические средства и психотропные вещества. Неважно, что таких учреждений у нас осталось 65. Не введены торговые надбавки в следующих субъектах: Республика Башкортостан, Республика Марий Эл, Удмуртская Республика, Кировская область, Чувашская Республика, Пермский край, Самарская, Саратовская и Оренбургская области. Введены торговые надбавки, которые гораздо выше, чем розничные торговые надбавки на весь оставшийся ассортимент продукции, в пяти территориях: Республика Мордовия, Республика Татарстан, Нижегородская, Пензенская и Ульяновская области. В других территориях торговые надбавки ниже, чем розничные торговые надбавки.
С какими экономическими рисками сегодня сталкиваются фармацевтические организации?
Во-первых, это переоценка цен на лекарственные средства. Во-вторых, отвлечение средств из оборота. И, в-третьих, несоответствие перечня жизненно необходимых лекарственных средств перечню зарегистрированных цен.
В сентябре-октябре прошлого года сотрудники Нижегородской ассоциации фармацевтов делали прогнозы относительно последствий принятого закона о регулировании цен. Очень интересно их еще раз озвучить, чтобы выяснить, какие из них подтвердились, а какие нет?
Мы говорили, что ожидания потребителей не оправдаются. И они не оправдались. Мы высказали опасение, что изменится ассортимент лекарственных средств. И он действительно изменился с точки зрения фактического наличия. Мы прогнозировали увеличение затрат субъектов фармацевтической деятельности. Но мы даже не предполагали, в какой объем это может вылиться, хотя ожидали этого увеличения, потому что переход всегда связан с определенными затратами. Следующий прогноз — рост количества проверок. Этот наш отрицательный прогноз оправдался с точностью до 100,1 процента, потому что подобная частота проверок, какая существует на сегодняшний день в аптечных организациях, в последний раз была в Советском Союзе. И тогда она была связана с проверками правил отпуска рецептурных и безрецептурных препаратов.

Специалисты контролирующих органов слишком субъективны

Это все прогнозы отрицательных последствий, но ведь были и положительные прогнозы?
Мы говорили о том, что часть населения получит моральное удовлетворение. Так и произошло. Далее, мы говорили о сокращении роста цен. Конечно, темп роста в апреле уже не такой, какой был в апреле прошлого года. Сокращение есть, это объективно. Мы говорили также о снижении роста расходов лечебно-профилактических учреждений по перечню. Это мы почувствуем позже, потому что сегодня лечебно-профилактические учреждения еще работают с тем, что закуплено по старым ценам. Далее речь шла о переориентации выпуска отечественных лекарств. Это прогноз будущего. И я думаю, что он тоже оправдается. Потому что с 2006 г. действует Федеральный закон N 94-ФЗ по конкурсным закупкам. Это то, что касается расходования бюджета. Его собираются пересматривать, но изменения будут непринципиальными. И поэтому в конкурсе будет выигрывать цена, а цена, к счастью, с точки зрения государственной, экономической низкая. С точки зрения потребителя, это не всегда объективно, и не дает желаемого эффекта. Если говорить об уровне предельных надбавок, он все-таки оптимален. В территориях, где установлены надбавки ниже, чем в Нижегородской области, экономическая ситуация в фармацевтических организациях еще хуже. Ситуация улучшилась бы, если бы отменили регулирование цен на весь остальной перечень изделий медицинского назначения. Будем надеяться, что после сентября этот документ будет отменен, потому что в новом законе о лекарственном обращении речь идет о регулировании цен только на жизненно необходимые и важнейшие ЛС.
Как вы оцениваете в сложившейся ситуации работу специалистов контролирующих органов?
Весьма актуальный и интересный вопрос. На сегодняшний момент специалисты контролирующих органов допускают в своей работе элементы субъективизма. К великому сожалению, в контролирующих органах не всегда работают профессионалы. Они профессионалы с точки зрения методологии проведения проверок, но не профессионалы-провизоры, не профессионалы-врачи, не профессионалы-строители и т.д. То есть фактически и чаще всего там присутствует элемент субъективизма. И попытаться объяснить это контролирующему органу бывает очень сложно. Увы, хозяйствующие субъекты фармацевтического рынка остаются один на один с тем нормативным документом, который выходит. Консультировать его никто не собирается: одни говорят, что не положено по статусу, другие не хотят, третьи не умеют. Я с большой благодарностью отношусь к специалистам министерства экономики и департамента цен, потому что это, наверное, единственная организация, которая индивидуально консультировала наших руководителей. Ее специалисты приходили и на нашу конференцию, когда мы их приглашали. Они не боялись показать, что не знают каких-то наших вопросов глубоко. Хорошо, что есть такие люди, которые и хотят, и умеют, и не боятся консультировать.
В итоге к какому же резюме мы пришли?
По окончании нашего разговора можно сделать следующие выводы. Необходимо отменить постановление, изменить систему проверок, привести в соответствие регистрацию цен, издать соответствующий документ, с тем чтобы снизить экономические риски фармацевтических организаций. И будем надеяться, что все-таки новые документы будут издаваться с большим вниманием к тем, кому придется их исполнять.

Редакционный материал